Свет мой тишина

– Ему такое положение дел не нравилось?

– Именно, поэтому он решил бизнес переоформить.

– На себя?

– Ну на это, боюсь, у него кишка тонка. Хотел поделить пополам. В итоге он и этого не добился. Сейчас контора по-прежнему числится за Сидоровой.

– Ну и зачем ему от жены избавляться? Живут себе припеваючи, он занимается любимым делом, деньги идут в семью…

– Чтобы получить ювелирную студию в свое единоличное владение.

– А родители?

– У отца супермаркеты, мать в бизнес не лезла никогда – ее куда больше интересуют театры и музеи.

– Считаешь, что они легко отдадут ему свою долю?

– Не легко, но шанс есть.

– Спешу разочаровать тебя и всех городских сплетников: Елена погибла по собственной неосторожности. К тому же как к этой истории можно притянуть второй труп? Девушку, найденную в пруду за поселком.

– А это уже ваша работа, – развел руками Бад и закинул конфету в рот так резко, что на секунду я испугалась, что он подавится. – Придумайте что-нибудь.

– Мы не сказочники.

– Зато ты, Полина, сказочно хороша, – мурлыкнул Алексей, словно мартовский кот, и расплылся в белоснежной улыбке.

На этих словах дверь в офис открылась, и на пороге возник Владан.

Волосы намокли от дождя и теперь, белые, как сосульки, мило обрамляли лицо. Я выдохнула. Разговоры с Бадом непременно уходили в русло его ко мне отношения. В эти моменты я чувствовала себя ужасно неловко. Хотя стыдиться мне было ровным счетом нечего.

– Какие люди, – заговорил Марич, вешая куртку и как будто радуясь увидеть тут Бада. – Развлекаешь Полину своим обществом в мое отсутствие?

– Скорее отвлекаю от работы, – ответил он поднимаясь. – Пойду, пожалуй. Не забудьте тортик в холодильник убрать.

Мы простились, и Басаргин вышел на улицу, где хлестал проливной дождь. Такие чаще случаются жарким летом, чем в середине осени. Я выглянула в окно: машину он припарковал прямо у крыльца. Мог себе позволить. Любой другой побоялся бы оставлять такую тачку в Яме без присмотра. Непременно лишился бы зеркал или колес, а скорее, и того и другого. Но Бад был фактически родом из этого района, оттого пользовался определенными привилегиями, в частности – неприкосновенностью.

Пока Марич тщетно пытался промокнуть волосы салфетками, я заглянула в пакеты.

Помимо коньяка, бутылки шампанского и торта, там были фрукты, включая свежую клубнику. На секунду мне стало жаль Бада, надо было предложить ему остаться. Выпили бы втроем, как в старые добрые времена. Жаль, что старые добрые порой уходят бесследно, оставляя только легкую тоску.

– Тарик узнал о моем разговоре с грозными, – не дожидаясь расспросов начал Владан. – Около года назад к нам приезжал очень серьезный авторитет из тех краев. О его визите вчера умолчали. То ли не сочли важным, то ли поостереглись говорить.