Свежий ветер (СИ)

Никто не пытался остановить меня. Напротив – члены экипажа буквально бросались врассыпную, освобождая мне дорогу, пока я бродила по коридорам.

Ранки уже заживали. Миранда говорила, что это нормально – что-то вроде ускоренной регенерации. Сама будучи результатом генной инженерии, она многое знала о подобных вещах. Интересно, насколько можно изменить кого-то, чтобы он остался самим собой? Может, после таких манипуляций ты вообще перестаешь быть просто человеком?

Я походила на сломанную куклу, игрушку, выброшенную за ненадобностью.

Моя левая рука была усилена металлом, но новенькая кожа скрывала от посторонних тот факт, что внутри я стала другой. Я наколола на запястье пятерку воробьев семь лет назад, однако знала, что этой татуировке не более месяца – искусная подделка, не несущая в себе никакого смысла. «Цербер» распорядился восстановить их только для того, чтобы, очнувшись, я не слишком психовала; чтобы мне казалось, что этот созданный ими комбинезон из мяса и кожи – тот же самый, в котором я когда-то заснула вечным сном.

Я не была человеком, во всяком случае, не до конца. Теперь я отличалась от других. Хотя… я всегда отличалась от других.

Сарен не догадывался, что Властелин уже давно запустил свои щупальца в его разум, пока не стало слишком поздно. Более того, он верил, что поступает согласно своим убеждениям. Откуда мне знать, какие из мыслей, наполняющих мою голову, на самом деле мои? Меня заверяли, что я вернулась в точности такой же, но «Цербер» никогда не гнушался лгать – они считали, что правы, что то, чего они желали, стоило любой цены.

Если Кейден прав, и они действительно используют меня, как, черт возьми, я узнаю об этом?"

"Может быть, я просто труп, металлический каркас, обросший лабораторно воссозданным мясом, управляемый его врагами. Неудивительно, что он не стал слушать.

Я подумала о том, как провода увивали тело Сарена, словно усохшие мышцы; как элементы электроники жутко-естественным образом сочетались с грубой турианской плотью, так что иногда сложно было определить, что есть что.

- СУЗИ, - позвала я хрипло, стараясь унять приступ страха, начавшего забираться в душу с этой новой идеей, - можешь попросить Келли или кого-нибудь другого… принести мне кофе?

- Конечно, Шепард, - отозвался голос, вновь напоминая мне, что я никогда не оставалась в одиночестве, что бы я там себе ни думала – эта мысль определенно не способствовала восстановлению моего душевного равновесия.

Только не на этой большой, пустой имитации «Нормандии».

Я потерла лицо руками, пытаясь прийти в себя.