Свежий ветер (СИ)

Когда-то Лиара заметила, что у меня невероятно сильная воля. Кажется, она была права.

Наша вылазка на поврежденный корабль коллекционеров едва не обернулась провалом, а после Призрак заявил, что не сомневался в моих способностях и что утаивание фактов было вынужденным. Я прекрасно знала, что все это - гребаная ложь, однако ответила, что понимаю, почему он так поступил. Я сказала, что просто не люблю, когда меня испытывают после всего, через что я прошла, и хотя невозможно было сказать наверняка, но, кажется, Призрак поверил мне.

Да, все складывалось как нельзя лучше.

Я сделала все, что могла, чтобы ни у кого не осталось незавершенных дел перед лицом самоубийственной миссии. Я помогла всем, кроме себя.

Я получила сообщение Кейдена спустя несколько дней после того, как оно было отправлено. Мой хомяк – до сих пор без имени – пищал без умолку, и я наконец достала из его клетки коммуникатор. Заметив горящий огонек, я подсоединила устройство к консоли и с неожиданным трепетом обнаружила, от кого пришло письмо.

Опустившись в кресло, я принялась смотреть прикрепленное видео. Я почти забыла те странные эмоции, отражавшиеся в его глазах, по которым мне всегда удавалось определить, о чем именно он думает.

Его лицо, выдающее все его чувства, покрытые щетиной щеки – колючие и идеальные под моими пальцами. Его брови, сходящиеся на переносице, отчего на лбу появлялись тонкие линии всякий раз, как он пытался выразить словами какую-то тяжелую мысль. Порой он выглядел так, словно ему было больно, а иногда смотрел печально, потому что больно было тебе, и это означало, что он говорил искренне, даже более искренне, чем обычно. Когда он смущался из-за того, в чем только что признался, то издавал этот звук – полувздох-полусмешок и улыбался. Когда он не кричал, а просто говорил, его голос заставлял мое тело вибрировать, поднимая внутри волну безрассудного, непреодолимого влечения. Я вспомнила, как он шептал что-то мне в ухо, как мое имя звучало в его устах. В какой-то момент его голос надломился, и я вздрогнула.

«Пожалуйста, будь осторожна. Я… Я серьезно».

Когда видео закончилось, я осознала, что сижу с приоткрытым ртом и гляжу на его застывшее изображение так, словно если буду выглядеть достаточно несчастной, то он сойдет с экрана и поведает мне все то, что хочет сказать лично.

Заставив себя отвести взгляд, я выключила консоль. Я все еще злилась на него, хотя и не была уверена, из-за того ли, что он сделал, из-за того, что не находился рядом или из-за того, что я нуждалась в объекте, чтобы выместить всю накопившуюся во мне ярость, вызванную этой идиотской ситуацией. Мне не нравилось вот так зависеть от других людей. Битва – это одно дело, эмоции же – совсем другое.