Сильнее ветра

Но я продолжала нестись так, словно участвовала в мировом забеге и, несмотря ни на что, хотела пересечь финиш первой.

Я замедлилась лишь в нескольких футах от своих ворот и подняла глаза на уровень нависших иссиня-чёрных туч, чувствуя, как мучительно сжимается горло и горят лёгкие, активно глотающие хлынувший в них поток воздуха, пропитанного озоном. Небо располовинила кривая молния, и следом, словно по мановению волшебной палочки, на землю обрушилась непробиваемая стена дождя.

Я за считанные секунды промокла до нитки. Подставляя лицо под пощёчины ливня, я чувствовала, как по коже ручьём стекает вода, остужая разгорячённое дыхание, но не смывая всю ту грязь, которая прописалась в моей голове и не желала терять своего купленного за несколько тысяч нервных клеток места.

Как мне пережить этот эпизод жизни, если сейчас я не способна его даже сглотнуть?

Механически набрав код на панели, я медленно прошла по мокрой траве, гипнотизируя взглядом бассейн. Водная гладь от беспощадно молотящего по ней дождя стала напоминать большой пенистый пузырь. У меня мелькнула мысль окунуться в него с головой, но трезвая часть меня противилась этому абсурдному купанию, грозящему добавить к психологическому потрясению ещё и гадкую простуду.

Отказавшись от этой слабоумной затеи, я зашла в дом и, остановившись на пороге, безэмоционально посмотрела на одну туфлю в своей руке. Потеряла и не заметила. Тяжело вздохнув, я кинула её в коридоре вместе с сумкой, из которой непрерывно доносилась вибрация телефона. Я догадывалась, кто это может быть. Поэтому, не желая видеть имя контакта, обложенного со всех сторон красными сердечками, я начала подниматься в свою комнату, на ходу выбираясь из мокрого платья.

Оно будто намертво приклеилось к моим бёдрам, и я, не выдержав этих потуг, разорвала его по шву и ожесточённо, словно оно повинно во всех смертных грехах, кинула на пол. Надев первую попавшуюся футболку, я села на самый край аккуратно заправленной кровати, и мокрый голубой комок у ног, от которого Эйдену должно было снести голову, окончательно прорвал дамбу.

Я разрыдалась.

Ровно до этого момента у меня под кожей словно блуждал рой пчёл, а теперь они яростно вырвались на свободу, стервятниками кружили вокруг и впивались своими противными жалами, вызывая всё новый и новый прилив слёз.

  Я размазывала их по щекам вместе с тушью, от которой на руках прорисовались тёмные кривые полосы.

План Стеф сработал. Райс впечатлился. Только не мной."

"Спустя несколько минут, когда от моих рыданий осталась лишь сырость, а глаза начало щипать так, будто в них залили кислоту, я встала и прошла в ванную, чтобы умыться.