Сын (не) для дракона

Кто-то тяжелый снова затопотал по полу, а следом дракон скинул меня с плеча на пол — было больно, между прочим, — и я смогла оглядеться.

Деревянные стены, деревянный пол, окно, занавески на котором были предусмотрительно задернуты, узкая дверь в стене справа. Письменный стол, усыпанный бумагами и яблочными огрызками, а рядом — широкий диван с уютным и мягким на вид пуховым одеялом и подушкой.

Сам хозяин кабинета был под стать дивану — круглый, как кот, с лоснящейся лысиной, в дорогом на вид разноцветном халате, накинутом поверх штанов и рубахи. Согнувшись в поклоне, он ждал, что ответит дракон, испуганно зыркая исподлобья светлыми водянистыми глазками.

— Мне нужен староста, — через губу процедил дракон.

— К вашим услугам, — засуетился круглый. — Тобар Сэнду, к вашим услугам, ваша светлость. Такая честь, такая честь…

Я присвистнула, когда круглый, Тобар, склонился к руке дракона и поцеловал кольцо-печатку, а потом несмело выпрямился и бросил на меня опасливый взгляд.

— Вира, — дракон положил руки на пояс и шире расставил ноги. Вот зачем мужики так делают, кто-нибудь мне может объяснить?

Водянистые глаза Тобара стали огромными, но он тут же взял себя в руки и снова залебезил.

— Все сделаем в лучшем виде, в лучшем виде, ваша светлость. Не желаете все-таки присесть?

— Не желаю, — низко откликнулся дракон. Говоря это, он положил руку мне на голову и погладил по волосам. Как собаку! Я попыталась отодвинуться, и поглаживание тут же превратилось в жесткую хватку. — Мне нужна заготовка вирного ошейника, чтобы скрепить отношения. Ах, да… У нее там какой-то муж есть еще. С ним сами поговорите.

Что? Ошейник?! Да этот дракономужик не просто берега попутал, он… да он!..

Я попыталась отползти подальше. Не буду в этом участвовать! Из-за того, что дракон все еще удерживал меня за волосы, голову опалило болью, и хватка тут же ослабла. Дракон схватил меня за плечи и ругнулся.

— Наказал Огненный юродивой. Кто эта блудница? Тобар? — Староста молчал, и меня окатило холодом. Сейчас он скажет, что никогда меня не видел — и все. Меня сожгут, порежут на ремни, а до этого еще и запрут в одной клетке с голодными крысами. А еще… — Тобар, — тон дракона стал в самом деле злым. — Ты не можешь назвать имя девки, которая живет в твоей деревне? Что ты за староста такой?

С толстого лица Тобара схлынули все краски, даже радужки глаз, кажется, побелели.

«Екатерина, — одними губами умоляюще произнесла я. — Екатерина, Екатерина…»

Глаза старосты удивленно расширились, рот открылся.

— Кэтэлина! — торжествующе воскликнул он. — На маму свою похожа, Анамарию. А без очков-то, без очков и не разглядишь, так похожи, так похожи!.. Как сестры!

— Она сказала, ее родители умерли, — рыкнул дракон, и его хватка на моем плече стала каменной.