Сын Зевса. В глуби веков. Герой Саламина

И это уже близко, это уже осуществимо! Замыслы завоевателя, жажда неслыханной славы, жажда увидеть невиданное, пройти там, где не смог пройти даже Кир, – все это обуревало душу Александра.

Александр взял из этих сокровищ часть золота. Одарил военачальников. Наградил воинов за хорошую службу, за отвагу, за преданность. Выплатил жалованье наемным войскам… И это была лишь горсть, взятая из огромных запасов персидских богатств. Остальное понадобится в трудных походах.

Но, однако, что же сказать македонянам, которым он обещал, что битва под Гавгамелами будет последней?

Многих из тех, с кем он вышел из Пеллы, уже нет в его войсках; он терял своих воинов в сражениях, он оставлял их на военных дорогах – раненых, заболевших, потерявших силы… Вот уже и последняя столица персов Экбатаны взята.

Война выиграна. Что же теперь скажет царь своему войску?

Александр решил сказать то, что до сих пор скрывал от них. Собрав военачальников всей армии, он объявил им:

– Я иду дальше, пока не настигну Дария. А когда настигну Дария, пойду еще дальше – до конца ойкумены. Воины, решайте сами. Кто хочет вернуться домой – возвращайтесь.

Кто хочет остаться со мной – пусть остается.

Среди союзных войск агриан и фессалийцев, которых уже утомил этот неслыханно тяжелый поход, прошел ропот:

– Идти дальше – куда?.. Это безумие!.. Мы погибнем!..

Но молодые македонские воины, не так давно присланные Антипатром как пополнение, закричали, что они не оставят царя и пойдут дальше вместе с ним к новым победам и завоеваниям. Они хотели славы, хотели добычи, золота, богатств.

Александр простился со своими союзниками, верными стрелками агрианами, и отпустил отважную фессалийскую конницу.

Он щедро наградил их и приказал одному из своих полководцев, Эпокилу, проводить их к морю с конной охраной и позаботиться об их переправе. Царь молча смотрел вслед уходившим. Много пройдено вместе, много пережито вместе…

Александр жил во дворце. Роскошь, окружавшая его, все сильнее, все коварнее брала в плен огрубевшего в походах Македонянина. Он, подражая персидским царям, стал принимать своих полководцев, сидя на троне. К нему приходили персидские вельможи, которых уже немало было среди его этеров. Они кланялись Александру, касаясь лбом пола.

Он видел, что македонские полководцы переглядывались, пожимая плечами.

«Все вижу, все понимаю, – думал Александр. – Но – привыкайте, привыкайте. Царь великой державы обязан принимать эти почести»."

"В один из этих дней в Экбатанах, исполненных незаметных, но ощутимых перемен, сын царя Оха – Артаксеркса – Бисфан, обращаясь к Александру, назвал его полным титулом персидских царей:

– Великий царь, царь царей, царь всех стран, всей земли!..

Среди царских этеров прошел вздох изумления.