Таежный гамбит

Понеся значительные потери, красные залегли и окопались, но не отступили: Острецов под страхом смерти запретил им покидать позиции. На окраине небольшого села они растащили запасы кизяка[72] во дворах крестьян, сложили из него баррикады, укрепились и яростно отстреливались от пытавшихся контратаковать белых. Мизинов вскоре прекратил контратаки, понимая, что в лоб красных не взять.

— Полюбуйтесь, Александр Петрович, — сказал вошедший в палатку Мизнова Яблонский. — Найдено при убитом красноармейце, который ближе всех добежал до нашей передовой. — Начальник штаба протянул Мизинову сложенный вчетверо листок с отпечатанным текстом.

Мизинов развернул и стал читать:

— «Вам, офицерам и солдатам отряда генерала Мизинова. Граждане! Злою волею международных хищников — капиталистов вы заброшены в дикие таежные дебри и ради их благополучия терпите холод и голод. Хабаровск — ваша база — скоро падет под ударами Народно-революционной армии Дальневосточной республики. Советская власть на всей территории России сильна. Ее красная армия, прогнавшая вас от Урала, несокрушима. Если вы не могли стоять против нее в девятнадцатом году, то мечты разбить ее теперь — безумны. Продолжая войну, разоряя население, разоряясь сами, вы обречены на верную гибель. От имени Дальневосточной республики предлагаем вам бросить войну и вернуться к своим семьям. Все добровольно сдавшиеся с оружием в руках освобождаются от всякого преследования, им дается полная гарантия в личной и имущественной неприкосновенности. Каждый получает право избрать себе местожительство, куда при первой возможности будет отправлен. Командир экспедиционного отряда особого назначения С.С. Острецов. Начальник штаба отряда П.В. Неклюев. 3 февраля 1922 года».

— Что скажете? — спросил Яблонский.

— Уверен: такие пропагаторские листовки были не у одного этого бойца, а, наверное, в карманах всех, кого послали в атаку. Но это лишь цветочки: если мы не согласимся, красные продемонстрируют и ягодки. Попросту уничтожат нас.

— В таком случае, Александр Петрович, — предложил Яблонский, — не отойти ли нам восточнее, в направлении севернее Хабаровска? Поверьте, Александр Петрович, наша миссия выполнена сверх положенного. Основные события грядут под Хабаровском, и прибытие наших сил только облегчит участь генерала Молчанова накануне решительного штурма. А этот штурм обязательно будет…

— Позвольте не согласиться с вами, Евгений Карлович, — возразил Мизинов. — Во-первых, отступать некуда, никаких коммуникаций на востоке нет. Красные значительно сузили фронт, загнав, можно сказать, группу Молчанова к самой железной дороге. Отступя на восток, мы лишь замерзнем в тайге, вот и все.