Таежный гамбит

 — Ваша идеология ведь не признает всех этих тонкостей прошлого…

— Верно, не признает! И правильно! Чего ж сюсюкать, когда столько еще дел нерешенных! Значит, уговорились? Беретесь за это?

Суглобов кивнул. Забрезжила надежда.

— Людей мы вам дадим, разумеется, — следователь сбросил с себя слащавость и говорил теперь жестко и по существу:

— Отправляйтесь в Харбин. Золото достаньте любой ценой. Мизинова специально можно не устранять. Сам по себе он нас не интересует. Пока. И вот что, голубчик, — следователь поднялся и в упор посмотрел на Суглобова: — Не вздумайте петлять и скрываться! И помните, что без золота лучше не возвращайтесь.

Сыщем везде. И на сей раз не простим! Ступайте!

«Это мы еще посмотрим, — злорадствовал Суглобов, вспоминая этот последний разговор ос следователем. — Еще увидим, кто кого переиграет», — и посмотрел исподлобья на ехавших с ним в Харбин шестерых чекистов.

Глава пятая

1921. Ноябрь

1

Выступать нужно было на днях. Всю прошедшую неделю Мизинов волновался, нервничал, комплектуя батальоны и полки своего отряда, наблюдая в порту за разгрузкой японского оружия.

Своих винтовок у каппелевцев было в обрез, к тому же вызревало наступление на Хабаровск, а потому для десантников Мизинова решили купить в Японии винтовки системы Арисака образца 1908 года. Это была неплохая винтовка, напоминавшая знакомую солдатам и офицерам трехлинейку. Несомненно, винтовки Маузера были надежнее, но таковых в Японии не нашлось, а времени везти оружие через два океана уже не было.

С артиллерией тоже было не все благополучно: имеющиеся полевые орудия ждали своего часа под Хабаровском, и десантникам закупили также японские 75-миллиметровые горные пушки образца 1898 года.

Учитывая гористый характер театра действий десантного отряда, такие пушки там пришлись бы как раз кстати. Таким образом, Мизинов сформировал горный артиллерийский дивизион из трех батарей по три орудия.

Отряд собирался неплохой. Под командой Мизинова оказалось около двух тысяч бойцов — два стрелковых полка, каждый по семьсот пятьдесят человек с двумя пулеметами, кавалерийская сотня, взвод пластунов, взвод понтонеров, полусотня забайкальцев хорунжего Маджуги, провиантская и медицинская команды.

Львиная доля мизиновского запаса ушла на формирование отряда. Большая часть оставшихся средств была передана Вержбицкому для подготовки наступления на Хабаровск и совсем немного размещено в токийских банках."

"Маджуга демонстрировал в эти дни удивительную собранность, распорядительность и хозяйственность: следил за казачьей справой, заготовкой корма для коней, лично подгонял лошадиные сбруи.