Тагир. Ребенок от второй жены

Если я найду его и куплю, даст ли это ощущение связи с братом? У меня будет двенадцать-семнадцать лет, чтобы насладиться подарком Аслана. И пусть он не смог сделать это лично, уверена, он хотел бы, чтобы я нашла и позаботилась о его любимце.

Чувство вины с новой силы подкатывает к горлу. Тогда я была глупой семнадцатилетней девчонкой, которой не хватило ума сохранить наследие брата. А сейчас… Я сделаю всё, чтобы осуществить мечты двух таких замечательных людей. Малики и Аслана.

И пусть сейчас мое положение шатко, но ведь всё в моих силах…

— Малика была талантливой художницей.

Шугаюсь чужого голоса, отскакиваю, слыша стук сердца в ушах. Сзади меня стоит Ахмет, сложив за спиной руки в замок.

— Я не слышала, как вы вошли, — поджала губы, не имея сил быть любезной. Он меня напугал. И пусть это надуманная ерунда, но показалось, что преследовал."

"Он не ответил, продолжал смотреть на одну из картин в углу, как загипнотизированный. Я перевела взгляд в ту сторону и застыла, узнав этот домик.

— Как же она любила там бывать, — хрипло прошептал он сквозь слезы.

Я обняла себя, обхватив за плечи, ощущая головокружение и темные круги перед глазами. Слишком больно было вспоминать.

— Вы про дом? — спросила охрипшим голосом.

Руки стали холодеть, а сердце замедлило свой ритм. Дурное предчувствие подкатило к горлу.

— Да, — улыбнулся Ахмет, засияв странной безумной улыбкой. — Я люблю приходить сюда, когда никого нет, и любоваться этим местом. Словно возвращаюсь в тот самый день.

Я замерла, боясь сказать что-то вслух и обратить на себя внимание. Страшная догадка пронзила сердце. Но я даже себе побоялась в этом признаться. Только страх ухватил за горло и перекрыл доступ кислорода.

Если закричу, меня же никто не услышит. Хотя охранник ведь стоит в коридоре, но разве он будет подозревать в чем-то непотребном отца первой жены хозяина.

— Она так похожа на свою мать, — говорит вдруг Ахмет, осекается и добавляет: — Была.

Я не знаю, что сказать, поэтому просто молчу.

Мы еще немного постояли в тишине, а затем мужчина так же молча, как и появился, исчез, оставляя меня наедине с собой, мрачными тайнами и туманным будущим.

Выдохнула с облегчением, ругая себя за иррациональный страх, и снова задумалась о словах Ахмета.

— Про это место ведь никто не знал, — слабым голосом произнесла вслух.

Спустилась вниз, пугаясь каждого шороха и звука. Тело покрылось испариной, а я всё прокручивала в голове наш странный разговор. Домик принадлежал нашей семье много десятилетий, но был заброшен.

До того, как Аслан облюбовал его для встреч с Маликой. И никто, совершенно никто об этом месте не знал. Я даже Тагиру опасалась говорить, зная его буйный тяжелый нрав. Он мог много плохого подумать про моего старшего брата, но я верила.