Танкисты

"

"Увидев появившегося из темноты командира взвода, первым вскочил на ноги Логунов, попытавшись в соответствии с уставом подать команду «смирно» и доложить о порядке в подразделении. Но Соколов остановил его.

– Сидите, сидите, товарищи. Отдыхайте. – Алексей присел рядом с танкистами на брезент и откинулся спиной на ствол березы. – Почему не спите? Завтра у нас марш на неизвестное расстояние. День будет тяжелым.

– Не спится, – за всех ответил Бабенко. – Вот сидим, вспоминаем. Сейчас бы картошечки испечь, да костер вы запретили разводить.

– А можно и НЗ добить! – с готовностью встрепенулся рядом Бочкин.

– Спать ложись, – с укором прогудел голос Логунова. – Когда спишь, есть не хочется. НЗ не дураки придумали. Он знаешь как порой выручает? А то и жизнь спасает в критической ситуации. Голодный солдат – плохой солдат.

– Вы бы лучше пример брали с Омаева, – сказал Алексей. – Спит человек, сил набирается.

– Я не сплю, – тут же ответил горец. – Я на звезды смотрю.

– Зазнобу свою вспоминает! – хихикнул Бочкин. – Не, товарищи, вы как хотите, а я на войне зарекаюсь влюбляться. Это ведь ты в бой идешь, тебя черт знает куда посылают и неведомо когда вернешься, а она там, может, с доктором обнимается. Доктора они знаете какие!

Омаев вскочил так, как будто его пружиной подбросило. Он мгновенно оказался возле Бочкина и схватил его руками за ворот гимнастерки. Тряхнув парня так, что у того зубы клацнули, он зло прорычал ему в лицо:

– Если ты еще раз с такими намеками при мне или без меня про Людмилу будешь говорить, я из тебя душу вытрясу!

– Отставить! – От неожиданности и негодования у Алексея сорвался голос.

Но тут вмешался Логунов, положивший руку на плечо Омаева, и отодвинул Бочкина в сторону.

– Как дети, ей-богу, – снисходительно сказал сибиряк, а потом аккуратно, но ощутимо отвесил Бочкину подзатыльник. – Оболтус ты, Колька. И трепач.

– Че вы, че вы? – Бочкин втянул голову в плечи и моментально сменил тон. – Ну пошутил я, чего же непонятного. Бешеные все какие-то. Я просто обстановку хотел разрядить. А то про курорты завели шарманку, про звезды. Ну, светят, и что? Невидаль какая.

– Ты в горах не был, – уже совсем мирно сказал в темноте Омаев, укладываясь опять на брезенте. – Выйдешь ночью из дома, ляжешь вот так на спину и, кажется, тонешь в море звезд. А они яркие, переливаются, как будто манят, за собой тянут, подняться к ним и по волне Млечного Пути уплыть. А там так красиво…

– Руслан и Людмила, – тихо шепнул Бабенко Соколову и по-доброму улыбнулся. – Сказка! Любовь, что тут скажешь. Ей и война не помеха.

Полковник Горбунов построил личный состав на поляне при свете двух аккумуляторных фонарей.