Ты еще маленькая (СИ)
— Рыбка, плыви отсюда. Маленьким девочкам здесь не место, — указывает мне на дверь Тимур Шахов – старшекурсник и мажор, за сердце которого отчаянно борются почти все студентки престижного частного ВУЗа. — Нас пригласили, — даже не пытаюсь протиснуться мимо этой скалы. — Да, да, нас пригласили, — встревает Ирка в разговор. — Ты проходи, — кивает моей подружке. — А ты возвращайся в общагу. И постарайся больше не попадаться мне на глаза, — выдает грубиян. Хватает Ирку за руку, впихивает в дом, а перед моим носом закрывает дверь! Увидев его в первый раз – влюбилась, встретив во второй – разочаровалась, после третьей встречи – возненавидела!
Раз бы больше никому не позволяешь, — уголки его губ дрогнули, мне оставалось только догадываться, что вызвало легкую мимику на его лице. — Так ты не возражаешь?
Мотаю головой, хотелось бы возразить, да нечем.
— Следи за своим состоянием. Не запускай. Всего доброго, — разворачивается, чтобы уйти. Ирку сдувает с его пути, она жмется к стенке.
Мы стоит в прихожей, смотрим, как закрывается за Шаховым дверь. Какое-то время молча пялимся на закрытую створку, не сдвинувшись с места.
— Кто это был? — первой заговаривает подруга. — Я правильно поняла, это брат Шахова? — с восторгом и страхом.
— Угу…
— Блин, вот это мужик. Я от страха чуть не уписалась, а он такой… такой… культурный, воспитанный, не то что младший, — Ирка Тимура невзлюбила – и есть за что.
«Он мне тоже не нравится», — убеждаю себя. Про сцену в спальне лучше не вспоминать и не допускать повторения. Я не ханжа и не против секса, но это должно произойти с любимым человеком.
Мы отмираем, перемещаемся в гостиную. В пакете лежат лекарства, ингалятор, назначение врача. Нахожу нужные препараты, выпиваю. Чувствую, что поднимается температура.
— Подожди, это получается… Шахов к нам в комнату будет приходить? — возмущается Ирка.
Я тоже не в восторге, но понимаю, что это к лучшему. Вылечиться нужно как можно скорее. Рядом всегда будет подруга и не даст мне совершить глупость.
— Представляю, как девчонки от зависти будут давиться. Сплетни начнут разносить. Он, конечно, гад, но они-то об этом не знают.
— Ты, главное, будь со мной рядом, — подруга не понимает, почему я об этом прошу, а я стесняюсь рассказать.
— Пусть даже не мечтает выставить меня за дверь, — фыркает подруга, убирая с покрывала черную нитку.
Не сговариваясь, мы идем в мою спальню. Садимся на постель. Разговариваем, но каждые несколько минут смотрим на часы в телефонах. Скоро время укола. Шахова нет.
— Может, он не придет? — выдвигает предположение Ирка.
Не хочу себе признаваться, но я жду его прихода. Если Тимур не появится, наверное, я разочаруюсь или расстроюсь. О том, что мое поведение и мысли нелогичны, стараюсь не думать.
— Не придет и не придет, — пожимаю плечами, стараюсь делать равнодушный вид.
— Я могу сделать тебе укол, — от предложения Иры мне становится не по себе. Я свою попу пока даже Тимуру доверяю с неохотой, хотя уколы он делает максимально не больно.
— Не переживу, если от страха начну сопротивляться и покалечу тебя, — стараюсь перевести в шутку. — Я не самый хороший пациент.
Рассказываю, как в детстве мама оставляла меня одну в больнице. Злые медсестры издевались над беззащитными детьми, не церемонились и не тратили время на уговоры.
Подруга на то и подруга, чтобы поддержать.

















