Темный

Слишком поздно республиканские генералы спохватились, и они никак не ожидали, что мы пойдем в атаку ночью. А нам чего? Приборы ночного видения на каждом «Берсерке». И когда разведка вступила в боевое соприкосновение с противником, мы были готовы."

"Республиканцы находились в Хорваше и ударили навстречу батальонной разведке из тяжелых пулеметов, а затем выстрелило орудие. Бронемашины сразу отошли в сторону, освободили нам дорогу, и мой «Берсерк» на несколько секунд замер. Десантники спрыгнули наземь, и я продолжил движение. Впереди поселок. Засек орудие. Прицелился. Команда Косте Самохину:

– Осколочно-фугасным!

– Есть.

Выстрел! Глухо рявкнуло орудие, и снаряд, взметнув огромный фонтан из грязи, снега и воды, обрушился на вражескую пушку.

Дальше. В направлении «Берсерка» длинная очередь. Трассера летели красиво. Прямо в нас. И на мгновение я сжался в комок и постарался уменьшить силуэт. Но тут же заставил себя выпрямиться. Броню тяжелые пули не пробьют.

Щелк-дзинь! Щелк-дзинь! Свинец колотился в башню, но толку с этого нет. После чего в сторону пулеметной точки начинает бить наш «Хеймдаль». Пулемет против пулемета.

А я заметил бронетранспортер, который выбирался из-за домов на дорогу. Судя по силуэту, это машина артподдержки, на борту то ли безоткатное орудие, то ли миномет калибром сто двадцать миллиметров.

Снова бьем осколочно-фугасным и мажем. В последний момент бронетранспортер совершает маневр, резко поворачивает и уходит от снаряда. Но сразу же замирает на месте. Осколки ударили по нему и, наверное, прошили хлипкую броню. Отлично! И мы добавляем еще один снаряд, чтобы наверняка добить сволочь.

Выстрел! На этот раз в яблочко. Бронетранспортер превращается в огненный цветок, детонирует боеукладка, и одновременно с этим замолкает вражеский пулемет, то ли его «Хеймдаль» заткнул, то ли расчет решил бросить огневую точку и драпать.

Спустя полминуты, когда мы ворвались в Хоршав, все вокруг горело и взрывалось. Моя первая рота поддержала своего командира, и сопротивление противника было подавлено сразу. Один хороший удар и республиканцы не выдержали. Но это только начало ночного боя, и снова в наушниках голос комбата:

– Это «Сотка»! Не стоять! Вперед! «Один-один», веди колонну!

– Слушаюсь, «Сотка»! – отвечаю я и, пройдя поселок насквозь, вновь выбираюсь на дорогу.

Перед нами десяток грузовиков, пара бронетранспортеров и легковой автомобиль. Республиканцы удирали, но оторваться не успели.

– Пулемет, не спать! – кричу я связисту, и он опять начинает бить из «Хеймдаля», а я ловлю в прицел ближайший грузовик с солдатами и приказываю зарядить пушку очередным осколочно-фугасным.

38

Противник отступал, а мы преследовали его по пятам и в пять часов утра вышли на трассу Алагир – Беренгар.