Тень Инквизитора

И предай нас злу и искушению. Ибо мы — твое царство на зоны и зоны.

— Пусть будет осквернена святыня! — провозгласил Цезарь.

Борман, главный страж храма, на вытянутых руках поднес к девушке чашу, полную раскаленных углей.

— Пусть произойдет отречение!

В синих глазах белокурого ангела вспыхнула злоба. Тонкие руки извлекли из складок плаща освященное Причастие и обдуманно медленным движением поднесли его к огню.

— Этим поступком я обещаю противостоять Назаретской скверне и отдаю себя телом, кровью и душой Сатане! Я прославляю его имя!

— Слава Сатане! — радостно рявкнули адепты. Борман, выждав должную паузу, отошел в сторону. Гранд-мастер положил руки на узкие плечи девушки и тяжело посмотрел в ее глаза.

— Ты готова принять волю повелителя Ада?

— Готова.

Под руками Цезаря черный шелк плаща послушно скользнул на пол, оставив девушку совершенно обнаженной. Прежним, тяжелым взглядом гранд-мастер медленно оглядел грудь жаждущей посвящения красавицы, подтянутый животик, соблазнительный холмик, украшенный кудрявым треугольником, и узкие бедра. Ноздри Цезаря раздулись.

— Ты готова отдать себя древним богам Бездны?

— Готова.

Девушка легла на алтарь и развела в сторону ноги.

— Слава Сатане!

— Я отдаю себя Бездне и богам Хаоса! Я отдаю себя Люциферу и желаю его пришествия на трон Земли!

Сбросивший плащ Цезарь усмехнулся и неожиданным рывком яростно вошел в девушку. С ее губ сорвался непроизвольный крик.

— Славь Сатану!

— Я верю лишь в одного князя, Сатану, кто правит всей Землей. И в один Закон, который торжествует над всем. Я верю в один Храм. Наш храм — Сатане. И в одно Слово, которое торжествует над всем, Слово экстаза. И я верю в закон Зона, который есть жертвоприношение и позволение крови. Для которого я не проливаю слез. Ибо я воздаю хвалу моему Князю, несущему огонь. И предвкушаю Его царствование и Его вожделение…

Голубые глаза закатились, ногти скребли черный камень алтаря, а голос несколько раз срывался на стон. Гранд-мастер двигался напористо и жестко, едва не разрывая женскую плоть яростными толчками, и каждое его движение сопровождалось криками адептов. Молчаливый Борман щедро окроплял совокупляющихся кровью шакала.

— Славь Сатану!!

— Сатана правит Землей! — из последних сил выдохнула девушка.

— Да!!!

Угодное Люциферу семя ворвалось в лоно новообращенной, и ее громкие стоны смешались с приветственным ревом поклонников богов Бездны.

— Сатана принял нашу сестру! — громко возвестил Цезарь. — И нарекает ее Равенна. — Крики прервали речь лидера. — Примем же в наш круг человека, сумевшего освободить свою душу от Назаретской скверны!

Тонкая игла боли пронзила левый висок Цезаря. Гранд-мастер покачнулся и поднес руку к голове.