Тень моей хозяйки

Госпожа неизменно вспыхивала, сердилась на себя, находила предлог уйти, однако её глаза выдавали всё без слов. Некромант нравился ей, но она понимала всю безнадёжность положения и стремилась погасить в себе этот сумеречный огонёк прежде, чем кто-нибудь о нём узнает. И она нравилась Роберту, хотя он скрывал свои чувства более умело — учтивый разговор, деловые рукопожатия, подчёркнутая отстранённость. Мне было чему поучиться у этих двоих!

Мои чувства так и рвались наружу, стоило нам с Мартейном остаться наедине. Я обращала их в заклинания, выплёскивала вместе с даром, но хозяин не мог не заметить, как бьётся моё сердце, как краснеют щёки и губы.

Как я улыбаюсь ему, когда получается выполнить сложное упражнение.

В один из дней ему пришлось помогать мне с формулой огненного купола, и наши руки то и дело соприкасались. Кажется, я разволновалась больше обычного и перешла допустимую грань — задержала его руку в своей, стараясь сохранить магический поток.

— Не увлекайся, Эли, — предостерёг меня Мартейн. — Ты должна контролировать свой дар, а не подчиняться ему!

— Простите, — смущённо пробормотала я.

«Так мне и надо!» — думала я потом, закрывшись в каморке.

Слёзы градом лились по моим щекам, но я не обращала на них внимания. Я совсем не умела по-аристократически сдерживаться и изображать хладнокровие. Хотя я и не произносила вслух любую приходящую мне в голову чушь, как это делала наша Вера, но искусству аккуратного подбора слов или обмана меня не обучали. Спроси Мартейн напрямую, что скрывает от него жена, я бы, наверное, не смогла солгать. Спроси он о моих чувствах — тоже…

Но вот настал день торжественного приёма на острове Найра.

Вместе с наряженными в шелка, парчу и бархат дальними родственниками Мартейна Фоули, которые прибыли в поместье накануне, мы погрузились на кораблик и отплыли на запад.

Я была рада, что с нами Хисс — он сидел рядом со мной на лавке и презрительно морщил нос, прислушиваясь к разговорам троюродных племянников Тейна.

— Хвас-с-стуны, — промолвил он, сверкнув зелёными глазами.

Молодые люди и правда безудержно хвастались Адриане успехами в Академии, пока советник управлял парусником в одиночку. Госпожа в конце концов не выдержала и взобралась на помост к мужу, оставив расфуфыренных студиозусов кокетничать перед служанками.

— Ты тоже будешь танцевать? — спросила я у змея.

— Я с гос-с-сподами не за этим. — Он показал торчащие из сапога рукоятки метательных кинжалов. — Моё дело — с-с-следить за тем, чтобы никто не помешал им вес-с-селиться.

— Но ведь на праздник не пускают с оружием! — удивилась я.

— Девушек-невольниц с-с волшебным даром тоже не пус-с-скают, — улыбнулся он.

Спектакль, фарс, показуха. Какие только слова не говорили в поместье Фоули по поводу предстоящего бала.