Тень у порога

 – Такая нелепая смерть… Теперь понимаю, почему вы говорили, что не стали бы жить в том доме.

– После того дня все пошло не так. Каждый чувствовал себя виноватым в смерти Маши. На счастье, дом вскоре Буханкиным продали, и Фимке с Мартином не пришлось там оставаться. Да и нам с матерью проще было, когда они не попадались на глаза, напоминая о Марусе.

– Это ужасно…

– Столько лет прошло, но никогда не забудутся ни Машкин смех, ни смешной акцент Мартина, ни Фимкина улыбка, ни те часы…

– А что с ними случилось?

– С немцами?

– И с ними, и с часами.

Старушка прошла к книжным полкам, достала с одной из них шкатулку, украшенную ракушками, и поставила на стол. Я подошла ближе. Она долго что-то перебирала и, наконец, извлекла открытку и протянула мне."

"– Только спустя пятнадцать лет я узнала, что они смогли вернуться в Германию. Поженились. Детей так и не случилось у них… Почитай, даже в открытке они пишут, что Маша навсегда останется и их дочерью…

На глаза нахлынули слезы, я с трудом сдерживала их. Наконец, сделав глубокий вдох, я спросила:

– У вас есть другое фото сестры, такое, где она постарше?

– Что ты… у меня и мое-то следующее фото со школьного выпускного. Тогда каждую минуту фотоаппаратом не пользовались, как сейчас телефонами. Почему спрашиваешь?

– Интересно, какой она была…

На самом деле я прекрасно знала какой: худенькой, с двумя небрежными косичками и цепким взглядом. Что же ты хотела сказать мне в доме, Маша? Передать привет сестре?

– Антонина Петровна, я думаю, она вас очень любит… любила. Ваша Маша.

– Каждый день за упокой ее души молюсь.

– Мне кажется, – решившись, произнесла я, – те часы и сейчас висят в доме. По крайней мере, там есть очень похожие. С кукушкой.

– Брешешь!

– Могу показать.

– Я ведь у Игоря спрашивала про них. Вот ведь, жирный хлыщ, соврал! Сделал вид, что не знает, о чем речь… Почто врал? Неужто боялся, что купить захочу да денег мало предложу? Что со старухи взять?

– Если я правильно поняла, он просто оставил их в доме. А как часы оказались у него?

– Мне мать только спустя много лет, у меня уж сын родился, рассказала, что перед отъездом в Германию Фимке с Мартином нужны были деньги на дорогу. Они и вспомнили, что, когда Буханкины дом смотреть приходили, они часами-то заинтересовались. Люди умные родители у Игоря были, не то что сыночка! Сразу смекнули, что вещь стоящая. Вот и продали им, видать, когда деньги понадобились.

– Выходит, мать поддерживала общение с Мартином, раз знала эту историю?

– Она отрицала, а я и не лезла. Может, общались, пока он еще в городе был, но скорее слухи дошли… только и всего. Сама посуди, о чем им говорить после смерти общего ребенка?

– Ваша мать так и не нашла счастья?

– Нашла, во внуке. Уж как она сына моего любила, как воспитывала.