Тень у порога

Прекрасной бабушкой была. Не то что я.

Антонина Петровна принялась рассказывать о своем сыне и внуке. Я ее почти не слышала и даже кивала невпопад. Наконец, прихватив пару пирожков для Клима, простилась с ней и направилась в особняк Ольховых.

– Виталий возвращается сегодня вечером, – огорошил меня Клим, как только я вошла в гостиную на первом этаже.

Я достала тарелку, положила на нее пирожки и поставила перед ним.

– Угощайся. Тебе привет от Антонины Петровны и ее снегирей.

– А кофе сделаешь?

Я нажала на кнопку кофемашины и, пока та глухо гудела, уточнила:

– Один?

– Пока один, если что, попрошу добавки.

– Ольхов приедет один?

– А, вот ты о чем. Да, Дарья останется в Москве. – Клим потянулся за пирожком.

– Ясно. Точнее, не очень. Неужели ему хочется сюда возвращаться? Так быстро? Оставлять Дашу одну? А о Лиле он знает?

– Сколько вопросов, ты меня пугаешь, – нахмурился Клим. – Может, дела, а может, скорые похороны Анжелы, он собирается присутствовать. Нас, кстати, тоже звали.

– Значит, о Лиле вскоре узнает в любом случае.

– К чему ты клонишь?

– Думаю, что завтра мы останемся без работы. Две женщины погибают во дворе одна за другой, а мы до сих пор не знаем, кто за этим стоит.

– Кстати, зачем тебя старушка звала? Не покаялась?

Я пересказала ему наш разговор. Он доел пироги, отставил тарелку в сторону и заявил:

– Теперь все очевидно.

– Неужели? – Я откинулась на спинку стула, приготовившись слушать.

– В этих стенах у старушки трагически погибает сестра, которую она очень любила. Мир Ветровой в тот момент рушится, делится на до и после. Кого винить в смерти девочки? Себя слишком больно.

– Это просто стечение обстоятельств, случай…

– В ее голове случай обретает вполне конкретный облик: этого особняка, где все случилось. Именно он несет несчастье своим обитателям.

– Но после смерти Маши, кажется, никаких трагедий в нем не происходило?

– Не знаю, что послужило триггером и когда это произошло. Не исключено, что послания получали и прежние жильцы. Хотя Дарья, возможно, напомнила ей покойную сестру? А может, Ольховы просто вызвали симпатию, в отличие от прежнего владельца, Буханкина, и она решила предостеречь Виталия и Дарью…

– Отправляя им десять гвоздик с траурной лентой и заказывая торт с двумя трупами? То есть зарезанными фигурками? Не слишком ли изощренный способ предупредить об опасности?

– Разумеется, она могла просто возникнуть на их пороге с пирожками и сказать: знаете, у меня тут сто лет назад погибла сестра, вот и вам тут жизни не будет.

– Ну да, так себе способ, – вынуждена была признать я. – А прежнего владельца она, к слову, и правда недолюбливала.

– Прибавь к этому тот факт, что бабке девятый десяток.