Возвышение Меркурия. Книга 14 (СИ)

На первый взгляд, всё было логично — многочисленные наблюдатели из числа разведок патрицианских родов и обычные зеваки прекрасно видели, что я проводил с лейб-гвардейцами определённые манипуляции. Поверить в то, что они теперь могут создавать собственных конструктов, было несложно."

"Собственно, оно так и было — если показать и объяснить, то каждый из солдат был на это способен. А те, кто знал нужные плетения ранее, мог использовать их и без всякой помощи.

Что касается морских охотников, то после того, что они устроили с кораблями Ганзы, патрициям можно было скормить почти любую небылицу об их возможностях.

На деле же, мы на обычных грузовиках доехали до старой и не используемой станции, куда к тому моменту как раз подбирался эшелон.

Василина и Олег присоединились к нам перед самым выездом из города. Тоже решили отправиться вызволять своего деда. Сразу после них появились и княжичи Мстиславские. Семеро смертных, похожих между собой до такой степени, как будто их вылепил из глины один и тот же гончар. В каком-то смысле, оно так и было. Тем не менее, подобное семейное сходство я встречал не так часто.

Никого из них я не знал, но все семеро горели жаждой схватки — им не терпелось освободить отца, а заодно перебить тех, кто посмел напасть на их род.

Потому они загрузились в один вагон с Шуйскими, куда помимо них поместился один взвод кавалергардов.

Правда, минут пятнадцать пришлось потратить на ожидание — не знаю, откуда Ратибор достал обмундирование и экипировку, но грузовики с ней присоединились к нам ещё в городе. А когда оказались на станции, князь отдал приказ переодеваться.

В ответ на слова Асуки о том, что мы теряем время, патриций лишь пожал плечами.

— Солдат без формы, это считай вооружённый гражданский. А это кавалергарды. Цвет армии. Не положено им в тряпках шляться.

Помимо мундиров, сюда доставили сабли и револьверы — последние оказались положены по уставу, которому Оболенский намеревался по мере возможности следовать. И лишь затем, мы наконец отправились в путь.

Сандал продемонстрировал мне дикое удивление, которое отразилось на лицах машинистов, когда состав скрипнул и поднялся на добрый метр в воздух. Вслед за чем окутался множеством защитных барьеров, поверх которых возник многослойный полог невидимости.

Впрочем, это всё было мелочью по сравнению с тем, какой шок они испытали, когда тот начал двигаться. Со скоростью, которая больше подходила божественному конструкту, чем благонравному эшелону.

Один из них и вовсе осел на пол, старательно отводя взгляд от смотрового стекла. Правда там всё равно было почти ничего не разобрать — справа и слева всё сливалось в единый размытый фон, а пространство впереди выглядело как пустота, в которую мчался эшелон.