Торговец душами

Тогда я просто откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза, сделав вид, что рыдания оставили совсем без сил.

– Ну вот, вам стало легче, – довольно произнес Кулидж.

Я молча скривилась.

– А скоро все будет совсем хорошо. Нужно просто продолжать терапию.

– Думаете? – всхлипнула тихо. – Мне так плохо…

– Это кризис. Он пройдет и вы поймете, что жизнь меняется в лучшую сторону.

Ну да, ну да. Будь на моем месте женщина с настоящей проблемой, ее жизнь изменилась бы только в сторону дурдома. Но вслух я ничего не сказала, выдавив:

– Наверное, вы правы, доктор.

– Точно прав. Но меня беспокоит ваше состояние. Мне кажется, вам не стоит больше оставаться в гостинице.

– Почему? – удивилась искренне.

– Вам сейчас нужен присмотр, нужны тишина и покой. Поэтому я предлагаю вам переехать в наш санаторий.

– В санаторий…

В голове лихорадочно забегали мысли. Переезд в санаторий мы с Тагрианом даже не обсуждали. Конечно, это дало бы нам множество возможностей облазить все кабинеты и порасспрашивать пациентов. Но соглашаться на такое без одобрения моего мужчины я не могу. К тому же…

– Не знаю, – пролепетала я растерянно. – Разве мне можно? У меня ведь собака…"

"– М-да, – нахмурился Кулидж. – Это может стать проблемой. Мы не разрешаем пациентам привозить своих животных. Все же люди здесь разные, у кого-то может быть аллергия, у кого-то психологические расстройства. Может у вас есть человек, которому вы могли бы отдать пса?

– Нет, – я затрясла головой. – Я же никого не знаю в Келтоне. Да и бросать Грома… Это подло. Сделать так – значит предать того, кто тебе доверяет.

– Я могу поискать человека, который будет готов забрать его, на время.

– Все равно. Гром может плохо это воспринять.

– Что ж, – доктор задумался. – Существует еще один вариант. У меня в Келтоне есть друг. У него очень большой дом в красивом тихом месте. Вам там было бы хорошо.

– Друг?

Еще более неожиданный поворот.

– Да, может вы слышали. Лен Вейн Хартингтон. Иногда я отправляю к нему моих самых особенных пациентов.

Самых особенных… Возможно, именно у Хартингтона Лилиан Лагерт провела те самые три месяца? Гниль мне в бок, неужели Кулидж проворачивает свои темные делишки там? Да, это даже логично, ведь в санатории слишком много посторонних, сложно проводить опыты над пациентами так, чтобы никто не заметил и не заинтересовался. А вот в особняке, где может и гостей никогда не бывает, сделать это проще простого. О-о-о, нам срочно нужно туда попасть.

Но несмотря на свой энтузиазм, я все же покачала головой:

– Хм… Ну я не знаю… Это так неудобно. Совершенно незнакомый человек…

– Лен Хартингтон всегда рад гостям, – улыбнулся доктор. – Он очень деликатный и дружелюбный мужчина. И не против собак.

Дружелюбный? Ну-ну.