Трактир «Разбитые надежды»

Следующий толчок был слабее, но зато из соседней комнаты раздался крик, срывающийся на визг:

— Всем лежать, я сказал! Руки за голову! Малейший чих, стреляю без предупреждения! Лилия, прикрой мне спину, не оставляй меня с неприкрытой спиной!

Марат заскочил в зал, принял грозную позу и хищно повел стволом автомата из стороны в сторону, пытаясь обнаружить, кому же он только что командовал принять столь неудобное для боя положение.

Лешага и его противник и не думали проливать кровь друг друга. Они, как ни в чем не бывало, сидели на возвышении в конце зала и мирно беседовали.

Два ножа, один из которых, как чешуйчатый хорошо знал, принадлежит Лехе, торчали в двери совсем рядом с его головой. Точно кто-то специально втыкал их."

"— Лешага! — вновь закричал драконид, на этот раз уже довольно растерянно, без прежнего напора. — Объект захвачен! — а затем, вспомнив главное, добавил: — Я видел Бурого! Он совсем рядом!

Глава 12

Леха стартовал с места, как ракета из шахты, будто этот прыжок через ползала мог бы ускорить погоню.

— Где?

Твердая, как стальной брус, рука Сохатого преградила ему путь.

— Стой. Ты что же, — он внимательно поглядел на опешившего Марата, — был в наблюдательном пункте?

— Да, я захватил его.

Отец Настоятель покачал головой и усмехнулся невесть чему.

— Ты видел прорв?

Чешуйчатый вопросительно поглядел на Лешагу, интересуясь, с чего бы это вдруг Красный так вольготно задает вопросы и стоит ли ему на них отвечать. Ученик Старого Бирюка молча кивнул.

— Да, вот, как вас сейчас. Их там немного. И совсем близко. Рукой подать! Они вели караван, там был твой побратим, Лешага! Привязанный к телеге.

— Все ясно. Он видел караван в перископ. Это примерно в половине дня пути отсюда.

Твоего или моего. Они же будут тянуться до вечера. Караваны ходят медленно, сам, небось, знаешь.

— А что ты-то сам знаешь?! Перископ какой-то придумал! Я в трубу все ясно рассмотрел, — возмутился Марат. — Забрался в нору и поучаешь тут!

Леха сделал останавливающий жест.

— Мне надо идти, Сохатый. Ты ведь понимаешь. Был бы на его месте Бирюк…

— Понимаю. Тебе надо идти, а мне оставаться. Это и без слов ясно. Но есть закон. Надеюсь, ты не тешишь себя иллюзиями, что вы и впрямь захватили бунк или что твой говорящий зверек сможет причинить мне какой-либо вред.

— Он не зверек. Он человек драконьего рода, — насупился бывший страж.

— Пусть так, если тебя это утешит. Хотя большей ерунды мне уже давно слышать не доводилось. Речь не о том. — Он поглядел на Лилию, стоявшую в дверях. — Я тебя понимаю. За такую можно начать убивать направо и налево.

— Я отстаивал свое право, — напомнил воин. — Караван уходит!

— Далеко не уйдет. Я эти расстояния хорошо знаю. Не перебивай меня. Как говорил нам с Бирюком учитель: «Не спеши, а то успеешь».