Трое против Пинкертона

Наварное, он его вскрыл по дороге и украл письмо, а когда он увидел, что раскрыт, то просто сбежал, – Торотынский, одетый в халат, тревожно ходил из угла в угол своего номера.

– Зачем ему приносить пустой конверт, если он украл письмо? – спросил Иван.

– Ты прав, конечно, это не он, – согласился Михаил, продолжая отмеривать помещение шагами. Он увидел, что письма нет, испугался и убежал. Но я вижу, что всё это звенья одной цепи.

– О чём ты? Какой ещё цепи?

– Кто-то проник в мой дом, когда мы уехали, и это были не обычные воры. Не пропало ничего ценного.

– И что ты думаешь?"

"Думаю, что это могут быть происки сахарной корпорации. Они шпионят за мной, чтобы понять, что мы затеяли против них. Но прости меня, я не спросил, как прошла встреча с Эммой? Что-то удалось узнать?

– С Эммой прошло плохо, она не стала со мной разговаривать, как с прислужником царизма, – криво улыбнулся Иван. А вот узнать кое-что удалось. Оказалось, что господин Надеждин мой коллега.

– В каком смысле? – Михаил остановился в центре комнаты и посмотрел на сидящего Ивана.

Трегубов рассказал как вышел из ресторана и проследил Надеждина до здания с вывеской детективного агентства. Михаил внимательно выслушал друга, а затем сказал:

– Ваня, ты не понимаешь. Эти люди не полиция, даже не частная полиция. Это люди, которые работают на тех кто больше заплатит.

– То есть они могут за деньги нарушить закон?

– Сами они нет, вряд ли, хотя кто знает точно. Раньше такого на моей памяти не было. Но сейчас, после смерти Пинкертона они тесно связаны с преступным миром. Собственно этот процесс и начал сам Пинкертон, для повышения эффективности работы своих агентов, которых он в то время отбирал очень тщательно и следил за ними, чтобы они оставались честными в своей работе. Но чтобы быть в курсе дел, в курсе преступлений, чтобы бороться с ними, нужны связи и контакты в преступном мире.

– Агенты и провокаторы?

– Вот-вот. Поэтому агентство созданное когда-то другом президента Линкольна, Пинкертоном, начинавшее свою деятельность, как разведывательная служба северной армии, превратилась в организацию, которая работает только для собственного блага. У них связи с политиками, преступниками, с крупными бизнесменами, не удивлюсь, если и полиция работает в первую очередь для них и только во вторую для граждан.

– Ты считаешь, что они опасны?

– Очень, – серьёзно ответил Михаил и снова заходил по комнате, – они очень опасны и очень сильны. Но это не значит, что они делают что-то не законное и их действия направлены против тебя. Этот Надеждин может работать на правительство США, которое просто следит за подозрительными иностранными организациями. Мы этого не знаем.

– Он может следить за Беркманом, – высказал свою догадку Иван.

– Да, не исключено.