Царь нигилистов 5 (СИ)

Ателье мастера Норденштрема располагалось на первом этаже и было просторным и светлым, прямо здесь работали портные, а у стены стояло огромное трюмо.

Хозяин вышел навстречу, и оказался суровым, хромым и тучным.

— Чем могу служить, Ваше Императорское Высочество? — спросил он.

— Нужен обер-офицерский мундир Преображенского полка, — объяснил Саша. — На меня. Во сколько примерно обойдётся?

— Точно сказать не могу, но рублей в 250, думаю, уложимся.

— Ско-олько? — переспросил Саша.

— Двести пятьдесят, — ничуть не смутился швед.

— Оклад штабс-капитана 55 рублей в месяц! — возмутился Саша. — О, да! За пять месяцев скопить можно, если конечно ничего не есть!

— Я полагал, что мундир нужен Великому князю, — заметил портной.

— Мундир штабс-капитана, а не императорская мантия!

Рихтер аккуратно отвёл Сашу в сторону.

— Александр Александрович, здесь не принято торговаться!

— Оттон Борисович, мне совершенно похрен, что принято, а что нет. У господ офицеров деньги свои, так что имеют полное право транжирить, сколько влезет. А у меня деньги казённые, так что пошли отсюда!

Рихтер усмехнулся в усы, но возражать не стал.

Господин портной смотрел вслед именитым гостям с некоторым удивлением и печалью, но удерживать не решился.

— Есть что-нибудь более демократическое? — спросил Саша, когда они вышли на улицу.

— Самуэль Брунст, — сказал Рихтер. — Не так великолепно, но подешевле.

— Далеко?

— На Малой Морской. Дом 4.

— Пешочком, — сказал Саша, — давайте прогуляемся.

Ателье Брунста было поменьше, чем у Норденштрема, но смотрелось ещё очень прилично. Цена оказалась 200 рублей.

— Дороговато, — сказал Саша. — Пойдём ещё погуляем. Должно же быть у кого-то нормальное соотношение цена-качество.

— Если вернуться назад и перейти через Фонтанку будет ещё дешевле, — заметила Тютчева. — Но стоит ли? Там одеваются небогатые купцы и младшие офицеры.

— А я кто? — поинтересовался Саша.

— Великий князь, — заметил Рихтер.

— Обер-офицер, — поправил Саша. — Не полковник же, как вы, Оттон Борисович.

Перешли через Фонтанку по Аничкову мосту, пересекли Владимирский проспект, пока не остановились перед домом номер 65, точнее его четырёхэтажным флигелем со средней паршивости вывеской: «Каплун А. Военный портной».

Внутри оказалась единственная комната, тоже средней паршивости, но зеркало имелось и пара не самых новых кресел — тоже. Саша оценил ателье, как заведение для среднего класса.

Зато хозяин был сама обходительность.

— Проходите, господа! Присаживайтесь! Безмерно рад!

Саша и Тютчева сели в кресла, Рихтер остался стоять, ибо больше кресел не было.

— Сейчас, сейчас, Ваше Высокоблагородие! — воскликнул портной.

Исчез на пару минут и вернулся с простым венским стулом. Оттон Борисович со вздохом сел.