Цена твоего прощения

А кто же о мальчике заботиться? Бабушка где? Родители мамы? - спросила я. - Может и болезнь переросли бы при любви и заботе.

- Отец у нас был очень жестоким человеком. И я не преувеличиваю. Жён, что мать Расима, что нашу с Тайгиром брал по договору. Обеих в могилу загнал постоянными родами. Он считал, что чем больше сыновей, тем круче мужик, тем сильнее род, семья. Нашей матери едва исполнилось восемнадцать, когда он взял её в жёны, как только закончился траур по первой жене, родившей ему пятерых сыновей. Мальчишек гонял, как зверей, как собак натаскивал, таких же зверей растил, чуть ли не едва ходить научились и у матери забирал с собой таскал.

- Я слушала, затаив дыхание, даже сомнений не появилось, почему в место принадлежащее такому человеку спокойно могли привезти ни в чем не виновную девушку и превратить в последнюю шлюху. - За любую провинность бил, не считаясь ни с тяжестью вины, ни с возрастом. Это нас с братом и спасло. Расим болел, а мы с Тайгиром отлёживались после порки. Отец и остальные братья, те, что поехали с ним, погибли вместе со старшим Агировым, отец считал себя другом Фахрата Агирова, хотя на самом деле, был не более, чем верным цепным псом. Но то, что ему выделили место рядом с собой в этаком закрытом месте для ""хозяев жизни"", для него прям было признанием и очень значимым событием. Поперся не просто так, с наследниками. Всё там и полегли. Помимо нас, законных сыновей, у него ещё и детей от любовниц было достаточно. Но пока мы в силу вошли, пока пытались после его смерти территорию удержать, в живых остались Расим, я и Тайгир. Конкуренты даже мелких не жалели. Поэтому появление уже взрослой незаконнорожденной дочери нашего отца вообще никого не удивит. Скорее недоумение вызовет, что только одна. Или решат, что остальных до сих пор прячем. Но ситуация у нас была тяжёлая. В какой-то момент стало понятно, что нам нужна поддержка. А её можно получить только через брак. За Расима, уже хорошо так себя показавшего, отдавать дочь никто не хотел, глава одной из нужных нам семей согласился, но при условии, что женихом буду я и женюсь на его племяннице. Так что с моей стороны ни бабушки, ни прабабушки нет, и дедушки тоже. А со стороны жены, ее отец, который видел внука раз десять всего, и младшая сестра, которой восемнадцать только вот должно исполниться. Кроме меня и Тайгира получается, что некому заботиться и любить моего сына. Ты первая, кто его обнимает и о чём-то спрашивает, интересуется его делами. Если решишь сама присматривать, я буду тебе благодарен, потому что сын тянется к тебе, ему тепла не хватает. Если конечно не в тягость будет, тебе вон, своих двоих нужно...

- Мне совершенно не в тягость! Арлан уже взрослый серьёзный мальчик, с которым можно прекрасно договориться! И совершенно не вредный.