Цена твоего прощения

Действительно, защитник растёт.

Арлан в большой дом не уходил, окончательно переселившись ко мне. Даже за своими игрушками он не пошёл сам, а попросил дядю Тайгира. Поэтому одна из трёх комнат в домике очень скоро переоборудовалась под детскую. А каждое мое утро начиналось с приготовления молочной каши, которую мальчишка лопал за обе щёки.

Несколько раз ночевать в домике оставались и оба брата Тахмировых. Так как Арлан всё равно спал со мной, они могли расположиться в комнате сына и племянника. Правда, на утро Арлан требовал, чтобы они сменили за собой постель.

Иногда мы сталкивались с Ингой, женщиной Расима.

Вот от неё ничего плохого я не слышала, она кивала мне головой, приветствуя при встрече, и устало улыбалась. Может когда-то она и была радостной и красивой, но сейчас напоминала манекен. Безобразно накаченные губы и щетина ресниц лучше и красивее её не делали.

Но когда один из охранников сообщил, что она хотела бы пройти к нам в гости и спрашивает, не против ли я, особо я не удивилась.

- Привет! - поздоровалась она, проходя на кухню. - Ты сама готовишь?

- Привет. Да, это не сложно и мне нравится. - Ответила я.

- Извини, что так напросилась, но здесь совершенно не с кем даже поговорить.

Может, сможем подружиться?- Инга вызывала симпатию, даже не смотря на какую-то пластиковую внешность.

- Почему бы и нет? - не стала отталкивать её я.

Мы перебрали несколько тем, магазины были не интересны мне, а книги ей. Зато оказалось, что смотрели один и тот же фильм, и у нас было диаметрально противоположное мнение, так что мы с удовольствием поспорили.

Геркулесовая каша была уже готова, я отставила её в сторону и накрыла крышкой, когда сверху послышались быстрые детские шаги.

Я извинилась перед Ингой, что ненадолго её бросаю и побежала к Арлану, чтобы помочь ему умыться и одеться. Точнее, просто подать одежду. Одевался он принципиально только сам.

Видно Инга устала нас ждать и ушла. Я только помогла Арлану забраться на высокий стул, чтобы он мог нормально кушать, сидя за столом, и накладывала кашу, когда пришли Амиран и Тайгир. Видимо, они уже с утра мотались по делам, так как оба были в костюмах. Пока я грела запеканку и ставила чай, мужчины приступили к завтраку.

Но неожиданно Арлан начал капризничать и отказываться от каши.

- Арлан! Что происходит? - прикрикнул на него отец. - Прекрати распускать сопли и ешь!

- Ну, подождите, не надо сразу кричать. - Попыталась утихомирить всех сразу я. - Волчонок, что не так? Ты же любишь эту кашу.

- Она горькая! - размазывая слезы по щекам, говорит мне ребёнок, уверенный, что я не буду ни орать, ни наказывать.

- Что за истерики! Всегда нормальная каша была, а сегодня вдруг начала горчить? Ты опять начинаешь? - злился и ругался на мальчика Амиран.

- Так! Всё! Амиран, прекрати, пожалуйста, кричать.