Тульский детектив

– Да, – повернулся на выходе судебный следователь, – никаких вопросов там нет. Простое дело. Один молодой повеса застрел из ревности другого. Всё совершенно ясно. Хороший адвокат поможет избежать смертной казни. До встречи, Илья Петрович.

Когда Павел Сергеевич вышел, и Трегубов убедился, что тот далеко, то сказал Столбову, сидевшему в задумчивости:

– Какой неприятный человек и глупый! Сразу делает выводы, не ознакомившись с подробностями дела."

"– Будьте осторожны, Трегубов, – посмотрел на Ивана снизу Столбов, – Вы недооцениваете Истомина, его внешний вид – это созданный им же самим образ, чтобы его не принимали всерьез. Я надеюсь, что мы не показали своей заинтересованности в деле Торотынского, иначе у нас будут проблемы.

– Какие?

– Понимаете, Ваш друг богат, а полицейские и следователи не всегда таковые, каковыми кажутся с первого взгляда, и некоторые из них рассматривают свои должности, как способ разрешить свои проблемы. Вы понимаете?

– Вы, Вы имеете ввиду, – нерешительно произнес Трегубов, – что Павел Сергеевич мздоимец?

– Я ничего не имею ввиду, молодой человек, но Вам нужно понять, что в полиции и суде служат разные люди. Некоторые хорошие, некоторые нет, некоторые честные, а некоторые нет. Всё как в жизни. Понятно?

– Понятно.

– Тогда скажите, что у нас сегодня по плану?

– Едем к директору завода, у которого был конфликтный разговор с Медведевым.

Завод находился на земле Торотынских, но достаточно далеко от имения. Иосиф Григорьевич принял полицейских у себя в конторе, которая представляла собой небольшую избу с большими сенями и двумя комнатами вокруг печи. В одной комнате стоял стол, за которым сидел сам директор. За его спиной на стене были деревянные полки с бумагами и книгами. Перед столом стояла деревянная скамья, на ней то и устроились полицейские. Трегубов, уже не задумываясь, достал письменные принадлежности и приготовился записывать.

– Что вы хотите узнать господа?

– Расскажите, пожалуйста, про вечер, когда погиб капитан Медведев.

Сашко рассказал то, что Столбов и Трегубов уже знали, ничего нового для них в его рассказе не было.

– Значит, Вы подтверждаете, что ружьё попросила принести Людмила Павловна? – спросил пристав.

– Да, конечно, у Михаила было состояние, когда он не мог сразу принять решение, что делать, своего рода растерянность. Он хотел пойти за саблей и устроить, хм, импровизированную дуэль. Но это, конечно, не вариант в такой ситуации, тем более, что и не по правилам. Ну, Вы понимаете о чём я?

– Понимаю, – ответил Столбов. – То есть, Вы не находите ничего странного в происшествии?

– Ну, как же: непонятно кто зарядил ружьё. Оно всегда было незаряженным. Из-за этого Михаил Алексеевич в тюрьме теперь.