Твое имя

Как бы она ни храбрилась, а мысль о том, что придется обеспечивать себя и Эрла долгую зиму, ее пугала.

— Потом наступит весна, — улыбнулся Бьярн.

Весна. Благословенное время. Можно снова отправиться по деревушкам и городкам, выполняя заказы. Можно снова наняться в обоз — прибыльное дельце и не слишком хлопотное, хоть Бьярн и ворчит, что это для слабаков.

Эрл, который во время разговора наворачивал круги по двору, гоняясь за кошкой, вернулся и очень обрадовался тому, что они снимут домик.

— А у меня будет своя комната? — незамедлительно поинтересовался он.

«А у меня-то будет своя комната?» — в унисон подумала Мара с некоторым страхом.

ГЛАВА 31"

"В итоге своя комната оказалась у Бьярна, а у Мары и Эрла одна на двоих, зато большая. Домик нашли на окраине, изрядно умаявшись. За жалкие хибары, где сквозь щели в стенах проникал сквозняк, некоторые хозяева заламывали такие цены, что Мара и Бьярн бежали от них быстрее, чем от шатунов. Но на вечер второго дня им повезло: на окраине города отыскался уютный и теплый домик, маленький и симпатичный, с резным крыльцом и свежевыкрашенными в синий цвет стенами.

На втором этаже, под чердаком, крошечным, где только Эрл мог стоять, не согнувшись в три погибели, расположилась небольшая комната, которую решили отдать Бьярну. Бьярн зашел в нее, и в комнате сразу стало тесно. По этому поводу Мара и Эрл, не сдержавшись, похихикали в кулак.

— Я тогда займу вашу комнату, — прогудел Бьярн, пряча улыбку, и рванул к двери, понимая, что Мара и мальчишка вслед за ней с топотом понесутся вниз баррикадироваться в спальне, которую облюбовали. Он-то, конечно, не побежит, но вдоволь посмеется над трусишками.

Маре сразу понравилась комнатка внизу — квадратная, светлая, стены украшены изображениями цветов. Из мебели всего лишь пара кроватей, стол да шкаф, но это ничего, ерунда. Сама Мара выросла, имея в распоряжении только уголок за занавеской, однако никогда не чувствовала себя ущемленной и несчастной.

Пока Эрл скакал на пружинящих матрасах, Мара пошла осмотреть зал. Залом общую комнату можно было назвать с большой натяжкой, потому что небольшое вытянутое помещение совмещало в себе и прихожую, и холл, и столовую, и даже кухню.

Как во многих небогатых домах, еду предстояло готовить прямо в камине, сложенном в торцевой стене комнаты. Но Мара привыкла готовить на открытом огне, всю жизнь так готовила.

Подвала в домике не оказалось, только подпол, куда предстояло спускаться по скользкой железной лестнице, откинув перед этим тяжелую деревянную крышку. Мара не поленилась, слазила посмотреть, не ждет ли их внизу какой-нибудь сюрприз — после гомункулов в банках она не слишком доверяла щедрым хозяевам.