Твое имя

Ладно, придется позже, когда появится время, прочитать все вдумчиво и подробно. А пока она продолжила изучать введение. «Жизненная сила — вот главная ценность, за которой охотится любая нечисть, разумная или нет. Человеческие живые кровь и плоть — главное, что их интересует. Разумная нечисть бывает невероятно хитра и изворотлива, природа ее такова, что она готова на любые уловки и ухищрения ради того, чтобы добыть жизненную силу и продлить свое существование…»

Неприятный холодок пробежал по коже. Мара и так догадывалась, но только сейчас ясно осознала, что, возможно, они имеют дело с разумной, хитрой, изворотливой нечистью.

Она захлопнула книгу и попыталась собраться с мыслями, но в голове была каша. А смех из-за двери очень мешал сосредоточиться… Смех? Что там происходит?

Не спросив разрешения, Мара поднялась и вышла в коридор, сопровождаемая недовольным взглядом старшего дознавателя.

Бьярн ожидал ее, прислонившись к стене. Сложил руки на груди и со снисходительной улыбкой смотрел на девушек-свидетельниц, которые вовсе не выглядели испуганными, когда поглядывали на Бьярна. О, Мара узнала эти взгляды.

Точно так же смотрела на него Тайла. Хихикала, опускала глаза, накручивала локоны на палец.

— Ты, значит, стражник? — спросила рыженькая. — А имя у тебя есть, смелый стражник?

Мара почувствовала, как сводит скулы. Зачем она вышла? И как это теперь выглядит? Еще решит, что она его ревнует. Уже хотела вернуться и взялась за ручку двери, когда услышала позади себя голос другой студентки, черноволосой и миниатюрной.

— Ты такой хорошенький! А хочешь, я тебя поцелую?

Что-то внутри у Мары дернулось быстрее, чем она успела сообразить.

Развернулась и схватила девушку за руку, не подпуская к Бьярну. Увидела, как приподнялись его брови. Успела разозлиться на него и на себя за странный порыв. И только потом ее догнала мысль: вовсе не ревность толкнула ее к действиям.

«Разумная нечисть готова на любые уловки…» И не только для того, чтобы добыть жизненную силу. Спасать свою жизнь она тоже станет всеми возможными способами. И что бы там ни было — все начинается с поцелуя!

— Покажи мне внутреннюю сторону губ, — жестко сказала она. — Вы все покажите!

— Чего?.. Да ты в своем уме?!

Но Мара угрюмо ждала, не вступая в препирательства.

Сейчас она олицетворяла закон, и девушки, скривив лица в презрительных усмешках: «Да что она возомнила о себе, эта убогая», выполнили просьбу."

"Мара была настолько уверена в своем предположении, что внутренне собралась, готовая произнести заклятие «Умри». Но ни у одной из девушек не оказалось укуса.

— Все? — уточнила брюнетка с плохо скрываемым ехидством. — Больше ничего показать не нужно?

В тот день больше ничего и не удалось установить.