Твое имя

Бьярн выдернул Мару из оцепенения, отбросив ее в сторону лестницы. И, закрывая собой ее и Эрла, повел наверх, в спальню.

Но что потом? Дальше отступать некуда. Сколько они продержатся?

А Глузд наконец сумел справиться с мечом, вырвав его из ослабевших рук лестата.

— Что смотрите? — крикнул он. — Парня и мальчишку убить. Девку забрать.

ГЛАВА 52

Но сам Глузд оказался не настолько глуп, чтобы первым броситься вперед — Бьярн, даже вооруженный коротким кинжалом, представлял собой грозного противника. Что доказал почти сразу, когда двое верзил одновременно полезли на него, толкаясь плечами на узкой лестнице.

Мысленно уже делили награду, наверняка обещанную им.

Короткий удар кинжалом — и один из нападавших, тот, что моложе и, видно, поглупее, захрипел, схватившись за горло, из-под пальцев ручьями побежала кровь. Он повалился на ступени, в агонии цепляясь за перила и за ноги своего напарника, утягивая того за собой. Тот чертыхнулся, отвлекся на секунду, пытаясь оторвать от себя сжатые судорогой пальцы, но Бьярну хватило времени, чтобы, перехватив кинжал, со всего маха всадить нападавшему в глаз.

Нечеловеческие вопли смешались с криками ярости — снизу напирали с новой силой, обезумев от запаха крови и жажды убийства. Бьярн молча продолжал отступать, не сводя взгляда с наемников. Напряженный, как струна, он медленно поднимался по ступеням, загородив Мару и Эрла.

— Птаха, возьми Эрла за руку. Поднимайтесь в комнату, — сказал он."

"Голос его, обычно громкий и гулкий, звучал спокойно и тихо. И Мара поняла, что она, вместо того чтобы идти наверх, застыла посредине лестницы, глядя расширенными от ужаса глазами на сцену битвы.

Она с ног до головы была забрызгана кровью. Эрл, бледный до синевы, держался за ее кофту. Мара догадалась, что Бьярн специально говорит спокойно, пытаясь привести ее в чувство, но не напугать.

— Идем, малыш. Все хорошо.

Взяла Эрла за узкую ладошку и потянула за собой.

— Заприте за собой дверь!

Запереть дверь и оставить Бьярна один на один с кучей головорезов? Да они его задавят численным превосходством, никакие боевые навыки не помогут. Рано или поздно чей-нибудь меч достанет Бьярна, кинжал — несерьезное оружие.

— Нет, — твердо сказала она.

 — Запрем, когда ты зайдешь!

И тут же вспомнила: меч! Меч Бьярна, тяжелый меч из закаленной стали, которым он с ходу рубил головы шатунов, лежит наверху, в сундуке!

— Эрл, бежим!

Спальня дохнула на них обманчивым покоем и тишиной. Лязг металла о металл, разгоряченные крики доносились словно издалека и вдруг перестали казаться реальными. Маре, как маленькой девочке, захотелось нырнуть под одеяло, накрыться с головой и закрыть уши. Она судорожно вздохнула, прогоняя наваждение.