Ты будешь наша

Рома, зарычав мне в рот, опускает руки к моей попе, сжимает её до сладкой боли, вырывая из моей груди протяжный стон. Приподнимает, заставляя обвить его ногами, и я мысленно хвалю себя за то, что надела сегодня платье со свободным подолом, юбка-карандаш треснула бы по швам.

Промежностью чувствую его эрекцию и неосознанно двигаю бёдрами, насколько мне позволяет положение. Тем временем Рома проникает пальцами под платье и уверенно просовывает их в мои трусики. Вздрагиваю ещё больше, когда проворные пальцы достигают сокровенного места. Его прикосновения с каждым миллиметром приближают нас к желаемому.

А желание такое острое, что остановить это безумие и мысли не возникает. Возможно, нет, точно пожалею, но низ живота наполнился тяжестью, трусики промокли насквозь, а разум покинул меня, оставляя на своем месте только возбуждение. Продолжая целоваться, мы оба знаем, чем закончится этот поцелуй. В конце концов, мы два взрослых человека, и я думаю о нём, не переставая, а он испытывает ко мне влечение, по его словам.

Крепко меня держа, Рома идёт в сторону дивана, куда укладывает меня на спину, и устраивается между моих ног, вновь обрушиваясь на мои губы.

От поцелуя голова кружится, но то, что мне поднимают подол платья и снимают последнюю преграду, я прекрасно осознаю. Чувствую, как он расстёгивает пуговицы на платье в области груди, освобождает полушария от тесной ткани и припадает ртом к напряжённым соскам.

«Ты как чувствовала, Полина – платье словно для таких случаев и создано» – раздаётся насмешливый голос в голове.

Кровь в венах кипит, тело, как струна на скрипке, – заденешь и лопнет. Лопну! Лопну, как надувной шарик, если не получу разрядку! Если Рома не наполнит меня собой и не избавит от этой тяжести внизу живота.

Телефонная трель раздаётся как гром среди ясного неба, как тяжелвй удар по голове, возвращая нас к реальности. Рома выпускает изо рта мою грудь, смотрит на меня затуманенным взглядом, не понимая, что за звук.

– Твой? – прищуривается он.

– Нет, – с придыханием отвечаю, отмечая нелепость ситуации.

Рома приподнимается, вытаскивает свой телефон из кармана брюк, смотрит в экран и становится темнее тучи.

– Чёрт! – ругается он, отклонив звонок, возвращает телефон в карман и спешно поправляет на себе одежду.

– Что происходит? – интересуюсь я, приняв позицию сидя.

– Ничего, – сухо бросает, за одну секунду превращаясь и страстного мужчины в того Романа, с которым я познакомилась.

Закончив приводить себя в порядок, он разворачивается и выходит из моего кабинета, громко хлопнув дверью. Смотрю как дура в пустоту, не понимая, что случилось. Сидеть и ждать тоже не собираюсь и, ругаясь себе под нос, подбираю свои трусики с пола, привожу себя в порядок.