Будет по-моему

— Я сама не знаю, что ему сделала, — решаю проигнорировать второй вопрос. — У него ко мне нелюбовь с первого взгляда, — скорчила моську и улыбнулась, не привыкла жаловаться. — Ладно, ты доедай, а мне еще деньги на телефон закинуть надо, я до банкомата.

Не спешу после пар покидать аудиторию. Нервничаю ужасно. Хорошо хоть Славка на вечернюю тренировку спешил, не будет наблюдать, как я к Кайсынову в машину сажусь. Никому ничего не обязана доказывать, а все равно неловко. Зачем-то в зеркало смотрюсь, которое висит на стене за лестницей. Не знаю, кто придумал его здесь повесить, но очень удобно поправлять макияж и прическу.

Кайсынов стоит у машины. Курит, пуская в небо струйки дыма. Я подвисаю на несколько секунд, наблюдая за ним. Рукава закатаны, грудь оголена до середины, будто устал ходить застегнутым на все пуговицы. Дикий зверь, требующий свободы, вырвался наружу. Свободный, опасный. Напоминаю себе, что мне предстоит попасть в его логово. Волнение захлестывает, в висках пульсирует кровь, но я, не сворачивая в сторону, иду прямо к нему.

— Садись, — выкидывает в траву окурок еще до того, как я приблизилась. Открывает дверь. — Заедем в ресторан, заказ заберем, — спокойным тоном. Не знаю, чего я ждала, но его поведение разбивает все шаблоны о нем.

— У тебя гости будут? — осматриваю дорогущий салон.

Внутри витает запах парфюма, кожи и легкий аромат сигарет, который только что остался на одежде Макара. Удивительно, но меня не подташнивает, как обычно. Мне нравится запах. Вдыхаю полной грудью и еще раз убеждаюсь, что нет отторжения.

— Тебя кормить буду, — поворачивает голову в мою сторону. Мне кажется, что уголки его губ дергаются, но улыбка так и не появляется на лице.

— Зачем? — не могу не удивиться.

— Если ты ждала, что буду мучить и морить тебя голодом, то придется тебя разочаровать, — спокойно произносит, а я не знаю, как реагировать.

Он не вдавливает педаль газа в пол, едет спокойно. Может, я скорости не чувствую? Рассматриваю крепкие красивые руки, смущаясь, отворачиваюсь – вдруг заметит? Салон становится тесным. Температура перестает быть комфортной, жарко тут как-то.

— Золотинка, я задам вопрос, а ты ответишь на него честно, и мы пока закроем тему, — сбавляя немного скорость, он смотрит на меня.

— Какой вопрос? — во рту пересохло от волнения.

— Ты была уже с мужиком? — стоило забыться немного – и вот, лови откровенный вопрос. Мне кажется, я мотнула головой, но Кайсынов, видимо, не заметил, потому что уточняет: — Ты ведь нетронутая, Золотинка?.. — в тоне будто предупреждение, от взгляда мороз по коже бежит.

— Нет, — выдыхаю. Он еще какое-то время сканирует меня взглядом, а потом выдает серьезно:

— Умница.