Ты только попроси. Или дай мне уйти

Что происходит?

Внезапно, словно вспышка, у меня в голове мелькает картина. Гонка. Пятый поворот. Падение через мотоцикл. Вздыхаю.

Матерь божья, как же я, наверное, навернулась. Вздыхаю. Болит все тело, но это не важно. Важно то, что с Эриком все в порядке. Я его знаю и понимаю. Он наверняка удручен и напуган.

Гляжу на его светловолосую голову. Он не шевелится, но когда я двигаю рукой, он сразу же поднимает голову и смотрит на меня.

Мое сердце замирает, когда шепчу ему:

– Привет, красавчик.

Эрик выпрямляется и, придвинувшись ко мне поближе, шепчет:

– Малышка, как ты себя чувствуешь?

Я не могу говорить.

У него покрасневшие глаза, жутко красные. Спрашиваю:

– Дорогой, что с тобой?

Тогда он делает то, что напрочь лишает меня дара речи. Его лицо, его красивое лицо напрягается. Сдерживая слезы, Эрик произносит:

– Не вздумай больше так меня пугать, поняла?

До сих пор не понимая, что произошло, я хочу обнять его. Хочу приласкать, утешить. Притягиваю его к себе и заставляю обнять меня. Из глаз катятся слезы, когда вижу, как он плачет в отчаянии. Айсмен, мой серьезный, ворчливый, твердолобый немец, плачет как дитя в моих объятиях.

Я нашептываю ему ласковые слова и чмокаю в голову.

Так мы проводим несколько минут, пока его дыхание восстанавливается. Отстранившись от меня, он смущенно шепчет:

– Мне жаль, любимая. Прости меня.

Еще больше, чем когда-либо, влюбленная в этого мужчину, улыбаюсь, вытираю ему слезы и взволнованно отвечаю:

– Мне не за что тебя прощать, солнце мое.

– Я очень испугался… Я…

– Любимый, ты – человек, и нам, людям, свойственны чувства.

Он машет головой, пытается улыбнуться и целует меня в кончик носа.

Я спрашиваю:

– Что произошло?

Успокоившись разговором со мной, он ласково убирает волосы с моего лица и объясняет:

– Была авария. Ты слетела с мотоцикла, потеряла сознание и пришла в себя только в больнице. Джуд, ты безумно меня напугала…

– Любимый…

– Я думал, что потерял тебя.

Я почувствовала мурашки по коже из-за отчаяния в его голосе. Не хотелось бы оказаться на его месте. Я истеричка и уверена, что меня хватил бы удар. Чтобы ослабить драматизм ситуации, спрашиваю:

– Но я ведь в порядке, да?

Эрик взволнованно кивает:

– Да, любимая.

Ты в порядке. У тебя легкое сотрясение мозга, – глотает он желающий вырваться наружу комок эмоций и добавляет: – Но ты в порядке. Тебя обследовали, у тебя ничего не сломано. Только одна трещина на левом запястье.

– Ты же не звонил отцу, правда?

Эрик отрицательно машет головой:

– Думал сделать это, когда ты проснешься.

– Не звони ему. Я в порядке и не хочу его пугать.

Мой парень целует мне руку и говорит:

– Джуд, позвонить нужно. Если хочешь, мы сделаем это завтра, когда тебя выпишут.