Ты только попроси. Или дай мне уйти

Не хочу, чтобы она уезжала. Заметив мою задумчивость, Фрида спрашивает:

– Ты в порядке?

Я киваю, но тут слезы начинают катиться градом, как у клоуна из испанской телерекламы. Не могу их контролировать.

Что со мной, почему я плачу?

Увидев, в каком я состоянии, Эрик подходит ко мне, обнимает и спрашивает:

– Малышка, что с тобой?

Я не отвечаю. Не могу, иначе скривлюсь, как шимпанзе, и стану еще более нелепой. Бьорн, потрясенный моими всхлипываниями, подходит и восклицает:

– Невероятно… Ты еще и плакать умеешь.

От этих слов я хохочу. Но при этом слезы продолжают ручьем литься из моих глаз.

Видя это, Эрик шепчет:

– Ну, хоть Бьорн тебя развеселил.

Тот лукаво смотрит на друга и отвечает:

– Учитесь, коллега!

Подходит Фрида. Эрик отпускает меня, и вот я уже в ее объятиях. Она понимает меня и успокаивает:

– Мы будем часто видеться, глупышка. Вот увидишь. К тому же мы уедем только в начале следующего года. У нас еще есть время.

Я киваю, но не могу ничего сказать. Опять очень близкий мне человек уезжает, и я знаю, что буду очень сильно по нему тосковать.

Время идет. Наконец настал долгожданный день, когда уезжает Лайла, хотя это значит, что Эрик тоже уезжает.

Его поездка в Лондон мне вовсе не по душе, но я решаю отбросить ревность и доверять ему. Эрик этого заслуживает. Он постоянно доказывает мне свою любовь. Да и с чего вдруг я должна в нем сомневаться?

Провожаю его в аэропорт. Туда нас везет Норберт, и я всю дорогу обнимаю любимого мужа. Обожаю его запах, обожаю его прикосновения. Чем ближе мы подъезжаем к аэропорту, тем сильнее я тоскую.

Четыре дня без него будут для меня вечностью.

Приехали. Эрик выходит из машины. Тогда Лайла смотрит на меня и говорит:

– Было приятно с тобой познакомиться.

– Не могу ответить взаимностью, – отвечаю я и добавляю: – И по возможности не появляйся в моем доме, иначе мне придется рассказать Эрику, что ты не такая уж хорошая и приятная.

– У Бьорна длинный язык.

– А ты – хитрая лиса.

Ну вот, наконец-то я это сказала!

Стало намного легче."

"Ничего не ответив, Лайла выходит из машины и идет к своему дяде. Как приятно терять ее из виду. Она прощается с Норбертом и поднимается на борт самолета, даже не оглянувшись.

Поздоровавшись с пилотом, Эрик поворачивается ко мне, крепко обнимает и говорит:

– Максимум через четыре дня я снова буду рядом, поняла?

Киваю.

Верю в это и целую его. Жадно впиваюсь в его губы, а он крепко прижимает меня к себе. В конце концов мне приходится ему сказать:

– Если ты и дальше будешь меня так целовать, то никуда не полетишь.

Эрик улыбается. Отпускает меня, подмигивает и идет к трапу, но прежде чем подняться, поворачивается ко мне и говорит:

– Веди себя хорошо, малышка.

– Ты тоже, здоровяк.

Мы смеемся.