Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Дворецкий был вынужден удалиться на лестничную площадку, а оттуда через две минуты к себе, поскольку Синтия, используя возможность ускользнуть от материнской опеки, вышла из гостиной и сильно удивилась, застав перед дверью его. Он смог поведать миссис Фостон совсем немного: Баттеруик спросил миссис Хаддингтон, зачем та, черт возьми, наврала про него полицейским. Она ледяным тоном ответила, что не понимает его, а он в ответ закричал: «Вы все отлично понимаете! Хотелось бы мне знать, зачем вы бросаете на меня тень подозрения, будто я виновен в смерти Дэна!»

Через четверть часа – Баттеруик еще не выходил от миссис Хаддингтон – Фримби открыл дверь новому посетителю – лорду Гизборо.

Утром дворецкий слышал разговор миссис Хаддингтон с ним по телефону и ждал его прихода. Лорд Гизборо звонил с целью предложить Синтии провести вместе еще один вечер, на что миссис Хаддингтон ответила, что ей самой срочно нужно с ним поговорить и она будет рада, если он найдет возможность заглянуть к ней во второй половине дня. Миссис Фостон заметила, что мадам давно пора научить его светлость уму-разуму, а мисс Мапперли уточнила, что старая-то устроит ему взбучку за то, что он задерживает мисс Синтию допоздна.

Поскольку лорд Гизборо был без шляпы, черная шевелюра растрепалась сильнее обычного, но это, похоже, волновало его не сильнее, чем отсутствие перчаток и трости. Он отверг попытку Фримби помочь ему снять пальто и прочитал ему краткую лекцию на предмет всеобщего равенства, что заставило дворецкого сильнее его презирать. Он зашел еще дальше и попросил Фримби не докладывать о нем хозяйке, но это возмутительное предложение дворецкий отмел и стал молча подниматься по лестнице, опередив его светлость.

В этот момент дверь на лестничной площадке над ними открылась, и стал слышен голос Баттеруика, заверявшего миссис Хаддингтон, что ничто теперь не принудит его появиться в ее доме. После этого он ринулся вниз по лестнице и чуть не врезался во Фримби. Обругав дворецкого, он увидел лорда Гизборо, занесшего ногу на первую ступеньку, покраснел, смущенно пробормотал извинение и кинулся мимо него в холл. Фримби, немного поколебавшись, завершил величественное восхождение, распахнул дверь в гостиную и объявил о приходе его светлости.

– А, лорд Гизборо! Рада, что вы смогли уделить мне несколько минут, – проговорила миссис Хаддингтон, вставая с дивана и протягивая ему руку.

Было ясно, что визит обойдется без драм, поэтому Фримби удалился, готовый при необходимости подать Баттеруику пальто. Однако внизу он его уже не застал. О Баттеруике напоминала лишь ротанговая тросточка, которую он, видимо, забыл от волнения. Фримби спустился в свою комнату и устроился поудобнее, чтобы погрузиться в чтение вечерней газеты.