Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

 – Прекратите, оба! Замолчи, Элфи! И ты, Клод! Если ты бойскаут-«волчонок», то отвечай, куда твой брат девал ружье викария? Если увижу, что ты опять лягаешься с Элфи, то все расскажу командиру вашего скаутского отряда!

После этой отповеди Клод признался, что Тэд для безопасности отнес винтовку к себе в мастерскую, после чего орава вывалила в крохотный садик за домом. Там обнаружился деревянный сарай, возведенный Тэдом, как гордо доложила миссис Дитчлинг, собственными руками. Но поскольку дверь сарая оказалась заперта, а ключ находился у отсутствующего Рега (если сам Тэд не засунул его неведомо куда), донос Клода не представлялось возможным проверить. Элфи, ненавистник бездействия, предложил сбить замок, но старший инспектор отказался. Он распорядился, чтобы Рег доставил винтовку викария в полицейский участок Беллингэма по пути на работу следующим утром, не стал пить чай и сбежал. Семья провожала его до калитки двери и всячески проявляла дружелюбие. Мальчишки умоляли Хемингуэя навестить их еще, а Джекерлин не только прощалась с ним индивидуально, но и передавала писклявым голоском пожелания счастливого пути от своего плюшевого зайца.

Эта сцена так потрясла констебля Мелкинторпа, что он вместо того, чтобы с показной лихостью запустить мотор и распахнуть перед Хемингуэем дверцу, остался сидеть неподвижно с разинутым ртом.

– Разве вы не знали, что я – их пропавший дедушка? – усмехнулся Хемингуэй. – Ради бога, заводитесь! Сделайте вид, будто увозите меня в Беллингэм, не то Клод с Элфи предпримут попытку штурма автомобиля!

– Куда на самом деле ехать, сэр? – осведомился Мелкинторп.

– До конца коттеджей. Я навещу Ладисласа. Не хочу, чтобы эта банда прилипла носами к стеклу.

Хитрость, к счастью, удалась, и когда машина достигла назначенного места, Дитчлинги уже скрылись в доме. Выйдя из автомобиля, Хемингуэй зашагал к коттеджу миссис Докри.

Было уже шесть вечера, и Ладислас вернулся с работы. Оказавшись в передней гостиной, куда его привела миссис Докри, старший инспектор застал в гостях у Ладисласа двух посетителей: Мэвис Уорренби в трауре и Абби Дирхэм. Девушки навестили его, вернувшись из Беллингэма на автобусе. Хемингуэй не заметил, чтобы их появление доставило Ладисласу удовольствие. Он был кареглазым красавчиком с романтичными черными кудрями, робким, как фавн. Появление старшего инспектора его испугало, и он, не теряя времени, уведомил Хемингуэя на отличном английском, что две леди просто заглянули к нему по пути домой. Мисс Уорренби в своей простодушной манере дополнила:"

"– Мистер Замагориски – мой большой друг, и я сочла своим долгом продемонстрировать ему полное доверие и уверенность, что он не имеет никакого отношения к смерти моего дяди.