Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?

Знаю, вам неведомо, что это такое: действия, не подпадающие под уголовный кодекс. У него могли возникнуть проблемы, но полиция не вмешивалась бы. Сейчас объясню, не перебивайте! Итак, со сквайром подозреваемых четверо, далее придется приплюсовать и его жену, хотя насчет нее у меня большие сомнения. Уже пять. Вот мы и добрались до Линдейлов. Это мог сделать любой из них, тем более муж, будь у него достаточный мотив. Подозреваемых «под вопросом» набирается четверо. Значит, в общей сложности семь.

– А Пленмеллер? – напомнил Харботтл.

– И его не забыл: он у меня возглавляет третью категорию – тех, кто мог бы это сделать, но вроде не имел для этого никаких причин. Таких трое. Пленмеллер, вполне способный на убийство; Хасуэлл – темная лошадка…

– У него алиби, сэр!

– Не младший, а его папаша. Я встретил его сегодня у викария. Он один из тех хладнокровных, рассудительных людей, кто говорит только то, что считает нужным. Как установил Карсторн, в субботу днем Хасуэлл побывал в пятнадцати милях от Торндена. Мы вынуждены полагаться на его слова, будто он вернулся домой после восьми, потому что по пути заехал в свой офис в Беллингэме, чтобы доделать какую-то работу. По субботам все закрываются в полдень, и подтвердить показания некому.

– А викарий? – спросил Харботтл. – Он мог добраться до Фокс-Хауса через свой луг.

– Если это совершил викарий, то я не гожусь в регулировщики на перекрестке, не то что расследовать убийство! Единственный другой вероятный подозреваемый – если только вы не положили глаз на миссис Миджхолм, не простившую Уорренби пинок, отвешенный ее собачонке, – Рег.

– Кто это?

– Я с ним пока не знаком, но у меня есть основания считать, что в субботу он побывал на выгоне с винтовкой викария. Рег совсем не годится в подозреваемые, но я не вычеркиваю его из списка: винтовку-то он где-то припрятал. Я распорядился, чтобы завтра по пути на работу он занес ее нам. Судя по его семье, Рег, скорее всего, так и сделает. Если нет, можете за ним ехать. Всего в списке девять человек, но, признаться, некоторым в нем не место.

– Вы забыли про майора, – сухо напомнил Харботтл.

– Его я держу про запас, на тот случай, если отпадут все остальные, – объяснил Хемингуэй, собирая бумаги на столе и перевязывая их тесемкой. – Уходим! Хватит на сегодня."

"– Вы будете просить завтра об отсрочке, сэр? Кто председательствует на дознании?

– Человек из Хоуксхэда. Начальник полиции хвалит его, но, похоже, он из тех ворчливых ветеранов, кто обожает вникать во второстепенные подробности, а это значит, что утро у нас пропадет зря. Правда, мне еще надо поговорить с Хинкли.

Утром в полицейском участке Хемингуэй узнал, что десятью минутами раньше туда явился молодой Дитчлинг и теперь дожидается его.