Убийства на Чарлз-стрит. Кому помешал Сэмпсон Уорренби?
Респектабельная партия в бридж в шикарном особняке миссис Хаддингтон завершилась убийством: кто-то задушил близкого друга хозяйки. Однако это еще не все: очень скоро убийца нанес новый удар, и на сей раз его жертвой стала сама миссис Хаддингтон!Но кто же убийца? Инспектор Хемингуэй, которому поручено расследование, понимает: все свидетели нагло ему лгут. Молодая секретарша, эксцентричный лорд, светская львица, даже красавица дочь одной из жертв. Им всем явно есть что скрывать…Убийство провинциального юриста Сэмпсона Уорренби никого не опечалило, скорее прямо наоборот. Но преступление есть преступление, и убийца должен понести заслуженную кару.Однако на сей раз у инспектора Хемингуэя особенно много подозреваемых: ведь Уорренби успел насолить абсолютно всем, кто хорошо его знал, от собственной племянницы и ее возлюбленного до местного сквайра, от соседа писателя до отставного майора, разводящего пекинесов.
Глядя на детективов отсутствующим взглядом, он слушал голос в трубке.
– Прекрасно… Жаль, нет! Я могу предоставить вам… – Паултон заглянул в лежавший перед ним открытый блокнот. – Двадцать минут завтра в одиннадцать сорок пять утра. Годится? Жду вас в это время. До свидания! – Он положил трубку. – Не беспокоить меня до ухода этих джентльменов, мисс Метуолд. Доброе утро, старший инспектор! Чем могу быть вам полезен?
– Мне очень поможет, сэр, если вы скажете, где я могу найти леди Нест Паултон, – ответил Хемингуэй. – Она ведь в отъезде?
– Вы ищете мою жену? – удивился Паултон.
– Тем не менее мне нужен ее адрес, сэр.
– Полагаю, вы сможете обойтись без него.
– Должен ли я понимать это как отказ его раскрыть, сэр, или он вам неизвестен?
– Первое, – спокойно промолвил Паултон. – Вы уже допросили мою жену – теряюсь в догадках, по какому поводу! – и она больше не желает, чтобы ее беспокоили.
– Без сомнения, сэр, но…
– Сам я тоже этого не желаю, – добавил Паултон.
– Сэр, никто не имеет права препятствовать представителю закона, находящемуся при исполнении служебных обязанностей, – отчеканил Хемингуэй.
– Я и не препятствую. То, что моей жены нет дома, как-то вам мешает, старший инспектор?
– Мне необходимо задать леди Нест кое-какие вопросы.
– Очень жаль… Наверное, на ваши вопросы смогу ответить я?
– Я предпочел бы задать их ее светлости.
– Сожалею, старший инспектор, я не могу позволить вам увидеться с ней. Ради экономии времени и во избежание дальнейшего спора скажу вам, что леди Нест нездоровится, и это не позволяет ей кого-либо принимать.
– Грустно слышать, сэр. Внезапный недуг?
– Нет. Несколько недель моя жена находилась на грани нервного срыва. Несчастье на Чарлз-стрит ускорило наступление кризиса. Удивлен, если вы сами не увидели вчера, как сильно ей было не по себе.
– Разумеется, я заметил, что ее светлость сама не своя, – мрачно подтвердил Хемингуэй.
– Странно было бы услышать иное. Ее нервы всегда на пределе. Леди Нест легко вывести из равновесия. С некоторых пор она страдает неврастенией.
– У меня создалось иное мнение, сэр.
Паултон усмехнулся:
– Вы по совместительству врач, старший инспектор?
– Нет, сэр, просто служу в полиции. Работа учит распознавать кое-какие симптомы.
– Неужели? Как загадочно! Хотя в болезни моей жены, как и в ее местонахождении, никакой загадки нет.














