У Тебя Нет Выбора (СИ)

Не открываю глаз, жмурусь сильнее, до чёрных точек. Горло иглами сдавливает от спазмов. В ноздри попадает древесно-пряный оттенок парфюма. Всем телом напрягаюсь. Как он мог прийти сейчас сюда? Пришёл издеваться? Унизить в очередной раз? Это так жестоко даже для него. Не раскрываю век. Делаю вид, что не замечаю его энергии, присутствия.

— Тали! Малыш! — хриплым голосом зовёт меня он.

Подходит ближе, внутри начинается буря. Я оголена как провод, нервы на пределе.

— Любимая! Я знаю, ты слышишь меня! Эта тварь будет наказана и все те, которые причастны к… — запнулся. Распахиваю свои глаза, Маркус отшатнулся. Молчу, вымолвить слова не могу. Ком в горле.

— Я знаю, что тебе от этого не станет легче. Твоя боль так быстро не затянется. — продолжает мужчина. Смотрит на меня, даже не моргает. Наверное, внутри он упивается? Я не слышу, о чем он говорит и разговаривать с ним нет желания. Он замолкает неожиданно.

— Где ты был? — все же задаю ему вопрос. Он отводит взгляд.

— Почему ты не пришёл? — шёпотом спрашиваю. Я чувствую, что сейчас взорвусь от внутренней агонии. Он не виноват, что его там не было. Сама же и убежала от него. Но мне было настолько плохо, что тяжесть реальности, как кувалда стучит по вискам. Я не выдерживаю, разрываюсь.

— Где ты был? Где ты был? — повторяю заведено вопрос. Слезы застилает глаза. Не вижу его реакции.

— Почему не пришёл?! — срываюсь на крик. Пытаюсь встать, но тело не слушается.

— Вам этого хотелось? — сердце клокочет от боли. Начинается истерика.

— Где, твою мать, я спрашиваю, ты был? — кричу в ярости. Моя голова мечется по подушке

— Ааааа, уходи! — плачу в отчаянии. Мне хочется биться головой о стенку. Хочу все забыть. Как мне с этим дальше жить.

— Уходи, ненавижу. Всех вас ненавижу — бьюсь головой о подушку. Забегает моя мама, врачи. Вижу, что мама подходит к нему даёт пощёчину. А он смотрит только на меня. И, наконец, уходит. Врачи проверяют мой пульс, глаза. Чувствую лёгкий укол в области руки. Образы медиков расплываются. А позади них, стоит моя любимая мамочка. Она в слезах прикрывает рот руками. Ее любимый взгляд — вот, что я вижу последнее.

ГЛАВА 25

МАРКУС

Когда семь лет назад я думал, что проживаю восемь кругов ада и моя боль режет меня живьём. Боже, как я заблуждался. Это было ничто по сравнению с тем, что происходит сейчас со мной. Смотреть, как твоя любимая женщина горит в агонии, как разбит и разрушен её внутренний мир. И этому поспособствывал ты сам. Для меня это стало настоящим чистилищем. Я горел вместе с ней. Чувствовал каждой клеткой тела её боль, страх и безысходность. Когда она распахнула свои прекрасные зелёные глаза, там была жуткая, пугающая пустота. Безразличие ко всему и всем. Лучше бы она презирала и ненавидела, чем ее полное равнодушие.