В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

Из того чайника с утенком, «Мистер Икс».

Борис Ильич быстро сел, приоткрыл рот и хотел встать снова."

"— Сидеть, — негромко и бесцветно сказал отец. В руке его был маленький блестящий пистолет. Почти сразу в дверях молча встал рослый охранник Толя с миниатюрным автоматом «Узи».

Борис Ильич хлопнул губами:

— Андрей Андреевич, я не понимаю. Я… чушь какая…

— Константин, объясни, — ровно сказал отец.

— Я узнал по перстню. Там в подвале он…

— Но перстень у меня всего неделю! — взвизгнул Борис Ильич. — Это подарок друзей! Они подтвердят! Они…

— Там в подвале перстня не было, — сказал Костя.

Он съехал с подлокотника на сиденье кресла и с удовольствием вытянул ноги. — На руке у Бориса Ильича незагорелый след от кольца. Конечно от другого. Сейчас, когда перстень он снял, я узнал этот след. На нем квадратная родинка. Я ее заметил в последний момент, когда выхватил у «Мистера Икса» чайник…

— Чушь какая! — повторил Борис Ильич тонким голосом. — Андрей Андреевич! В день похищения вашего сына я был в Пскове!

— Ага, это называется «алиби», — кивнул Костя. — Делается просто…

Отец не смотрел на Бориса Ильича.

Смотрел только на сына.

— Константин, ты уверен, что не ошибся?

Костя медленно глянул в отцовское лицо. Потом на дрожащие пальцы «Мистера Икса». На его нервные губы… Откинулся к спинке.

— Да… кажется, я ошибся… Тут вот след на правой руке, а у того был, вроде бы, на левой… Ну да, на левой. Он держал чайник вот так, а рука вот здесь…

— Сию секунду извинись, — каменно сказал отец.

— Да, конечно… Борис Ильич, извините меня, пожалуйста, — выговорил Костя глубоко пряча в покаянном тоне злорадную нотку.

— Негодяй, — облегчением выдохнул отец. — Впрочем… Борис Ильич, вы должны его понять. Он натерпелся тогда, и это дает себя знать…

— Да понимаю я, понимаю! — Гость замахал длинными пальцами. — Никаких претензий!.. Только поймите и меня, Андрей Андреевич! Приходишь поговорить о контракте, и вдруг… Я, с вашего позволения, глотну коньяка.

— Глотните. И будьте уверены, что этот случай никак не повлияет на заключение контракта.

— Я надеюсь… — Бутылка нервно звякнула о рюмку.

— Константин, извинись еще раз и марш к себе, — велел отец.

— Я извиняюсь еще раз, — тоном инфанта произнес Костя. — Но как же игра?

— Нахал! После того, как ты чуть не довел гостя до инфаркта!..

— Нет, отчего же, отчего же! — засуетился Борис Ильич. — Все предано забвению, и я готов. Пари есть пари…

Отец вздернул плечи и отвернулся. Охранник Толя беззвучно исчез. Костя опять взгромоздился в кресло с ногами.

— Борис Ильич, вам шах…

— Увы, вижу… и отступаю.

— Можете переходить, если хотите.

— Зачем же? Не хочу.

— Тогда мат через два хода.