В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

— Из тех времен, когда мадам Валентина фан Зеехафен выращивала в цветочном горшке кристаллик… Хотела вырастить модель всего Мира, а получилось вон что… беспризорный пацан Яшка.

— Ну и ладно! Какая разница! — сердито сказал Стасик.

…Он тогда просто так бросил эту фразу. Но гораздо позже не раз вспоминал ее и даже гордился такими словами — и когда писал свою монографию о свойствах Великого Кристалла и о юности Вселенной, и когда в должности и звании Звездного Командора воевал за права Детства. И когда на катамаране «Даблстар» уходил в экспедицию по Большому темпоральному кольцу… «Какая разница? Модель Вселенной и мальчик… Может быть, это одно и то же…»

Стасик затоптал сапогами костер.

— Пошли… Ох, смотри, темнеет уже.

Они стали подниматься по шатким ступеням.

— Боюсь я, Стаська, — серьезно заговорил Яшка. (Давно уже он не говорил «Стаська», «Стасик», все «Вильсон» да «Вильсон».) — Так боюсь, даже ноги не идут.

— Я тоже, — признался Стасик. — Обещал в четыре быть дома, а сейчас уже сколько… Мама давно с работы пришла…

— Да я не про это!.. Вдруг меня никому не надо. Ни Полине Платоновне, ни…

— Не выдумывай.

— А еще вот что. Скажут ведь, что нужно меня в детдоме отпрашивать. А меня там сроду не было!

— А мы признаемся… что не в детдоме жил, а бродяжил давно уже. Даже проще будет. Остался, мол, во время войны без родителей, жил то тут, то там, нигде не задерживался…

— Ох, а она… Полина Платоновна скажет: «Сколько хлопот с бродягой. А я больная, старая…»

— Ты забыл, что есть еще я и мама? — строго спросил Стасик. — А Полина Платоновна… ее ведь можно вылечить! Ты же умеешь!

— От старости разве вылечишь? — вздохнул Яшка. — Да и вообще я ничего такого теперь не умею.

Неужели ты не понял? Я теперь совсем такой же, как и ты.

— Так это же во как здорово! — Стасик чуть не обнял Яшку.

— Но я теперь ничего не могу… почти, — прошептал Яшка.

— Что не можешь? Чудеса творить, что ли? — сказал Стасик с веселой пренебрежительностью. Хотя в груди щекоталось уже другое: не насмешка, а ласковое желание защитить Яшку от невзгод. А тот повторил:

— Ничего не могу. Разве что самую малость.

— Вот и сделай себе такую малость: табель, что в какой-нибудь школе третий класс закончил. Чтобы вместе идти в четвертый… Сможешь?"

"— А что толку? Я, наверно, не помню даже, сколько дважды два… Это раньше я все знал, все помнил, когда был шариком.

А теперь?.. Наверно, и на фисгармонии играть не смогу.

— Я тебе дам «не смогу»! — Стасик почти по правде разозлился. — Заладил одно: «Когда я был шариком…» Шарик, что ли, на фисгармонии играл? Яшка играл! И Чичу кто лупил? Шарик?

Яшка подобрался:

— Мы когда пойдем Чичу искать? И этого… Васяню? Завтра? Сейчас-то уже поздно…

Над крыльцом горела яркая лампочка. На крыльце стояла мама.