Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Мало ли какая там субординация и какие обычаи? В полку из Вестфалии, вон, сотником арбалетчиков Антуанетта Легре числится. А командует – усатый мужик.

Четвертым направлением было приморское: на Монпелье, Нарбон, Тулузу, графство Фуа. Собрав в эти полки опытных, обстрелянных ватажников и храбрых, но слишком совестливых двинских северян, литовских дворян и часть шляхты, присягнувшую ему на верность, великий князь командовал этими силами сам, намереваясь встретить здесь наименьшее сопротивление. Вряд ли сытые и богатые торговые города захотят жертвовать собой во имя безумного короля.

Им проще откупиться, поцеловать крест и платить подати в другую казну."

"Это была самая нудная, самая долгая и самая выгодная часть начавшейся войны: обойти все города южной Франции и поменять в них власть. Даже если местные жители, не желая погибать, сами отворяли ворота – на каждый город уходило три-четыре дня. Если бились до последнего человека – больше недели. А городов в этой теплой курортной стране было очень, очень много.

Следующей жертвой незнания артиллерии оказался раскинувшийся в просторной долине, в окружении садов и виноградников многолюдный Монпелье.

Имея мощные стены, город, похоже, рассчитывал отсидеться в осаде, получая продовольствие с мелководных приморских заливов – теплых и кишащих рыбой. Свою ошибку жители поняли, когда установленные на берегах Кулазу пушки начали топить лодки, идущие по реке. Разрушать укрепления не понадобилось: не дожидаясь ужасов голода, монпельенцы сами открыли победителям ворота, надеясь на русское милосердие. Ватажники поклялись на кресте, что не убьют и не покалечат ни одного человека – и с улюлюканьем ворвались на улицы.

Разумеется, великий князь и император участия в разграблении не принимал, за бокалом вина разбираясь у себя в шатре с полученными письмами. Больше всего он ждал вестей от рыцарей Ордена храмовников, но покамест получал только сообщения из дома: от любимой супруги Елены, заверяющей, что в державе, оставленной на ее попечение, все тихо и спокойно, о бунтах не слышно, в порубежье тишина. Что с сыночком старшим все в порядке. Няньки отписываются, кушает хорошо и растет быстро. А второго сына Елена полагает родить к началу июля.

Были письма и от Карима Заурбека, пишущего о погоде, что означает – с казной все в порядке, сборы и подати поступают своим чередом; и от поморского старшины, прямолинейно докладывающего, что все корабли отправлены в Северное море в должный срок; и от мудрого Хафизи Абру, благодарящего за возможность с охранным письмом пересечь Германию; и от некоей Элен д’Арлен, фрейлины королевы Изабеллы Баварской, предупреждающей о том, что король исполчает своих дворян. Точнее – королева от имени своего безумного супруга.