Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

– Да уж, – согласно кивнув, Вожников задумчиво повертел в руках подобранную с земли веточку. – Итак – при первой же возможности рвем отсюда когти, милая!

Аманда озадаченно приподняла брови:

– Э… что рвем? Когти? Чьи?

– Говорю, бежим, как только представится удобный случай… или мы сами его себе предоставим.

Как и предполагал Вожников, на ночь гостей заперли в опочивальнях, естественно – по отдельности, и князь даже не пытался выдать переодетую в мужское платье Аманду за своего слугу или пажа, хорошо понимая – кому надо, тот давно уже разобрался во всем. Шикарное, под красным шелковым балдахином, ложе оказалось весьма мягким, но сон нынче не шел к Егору, молодой человек и не старался уснуть, погруженный в свои мысли.

Бежать! Бежать! Как можно быстрее бежать. Однако замок представлял собой весьма солидную преграду: зоркие стражники, неприступные стены… разве что внаглую сигануть со стены в ров? А там… Высота – с пятиэтажный дом примерно, можно и не попасть или переломать ноги, а то – и шею, ежели наполовину заполненный мутной водою ров окажется не слишком глубок. Да и Аманда – сможет ли она прыгнуть? Бросать девчонку князь вовсе не собирался, хоть давненько уже с ней и не спал – не до того было. Ах, ведьмочка, ведьма…

Встав с ложа, узник подошел к высокому стрельчатому окну, забранному частой решёткой и выходившему во внутренний двор. Добрая решетка. Не вырвешь. Разве что с той стороны привязать цепью к грузовику… м-да – к грузовику… Где бы его еще взять, грузовик этот.

И все же Вожников не привык сидеть сложа руки, как говорится – нет таких крепостей, которые бы не смогли взять большевики! Сейчас, ночью, вряд ли что-то получится, а вот через денек-другой… Главное, не показать виду, что «дорогие гости» догадались о том, кто такие их гостеприимные хозяева.

Высмотреть все подробнее, не может такого быть, чтоб не имелось ни малейшей лазейки… кстати, можно будет попробовать действовать через слуг… тех, кто в зуннарах.

Лишь под конец ночи князь забылся недолгим сном, а проснулся рано, на заре, услыхав со двора какие-то заунывные звуки… Намаз! Что это еще могло быть-то! Не песни же пели, типа «здравствуй, солнышко, вставай!»

Сразу после восхода в опочивальню принесли завтрак: жареную рыбу, печенный с шафраном лук, мед с орехами… вина, кстати, не дали – только водичку.

А затем пришел красавчик Алонсо де Ривера, внешностью своей – светлоглазый шатен – вовсе не напоминавший мавра… может быть – муваллад, испанец, чьи предки приняли ислам еще давным-давно, во время расцвета какого-нибудь Кордовского эмирата… А, с другой стороны, истинные арабы как раз такие и есть – рыжеватые, светлоглазые.

– Мы выезжаем сейчас же, – учтиво поклонившись, произнес кабальеро.