Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж
1418 год. Егор Вожников, бывший российский бизнесмен, ради обретения необычных способностей почти случайно оказавшийся в далеком прошлом, а ныне – великий князь Русии Георгий, ливонский курфюрст и избранный император Священной Римской империи. После долгих европейских походов Егору-Георгию удалось взять власть и построить великую державу, которую теперь нужно было защищать: военной силой, дипломатией, хитростью…Чуть было не обрушились в войну Англия и Франция; на Пиренеях Кастилия с Леоном и Арагон неожиданно выступили против дружественных Португалии и Наварры. А в южных уделах внезапно распространяется чума…Тем временем в Новгороде, признанной столице новой Руси, начинается мятеж – «худшие» люди восстали против «сильных». Начинаются усобицы и по другим княжествам, а верного вассала Егора – ханшу Золотой Орды Айгиль пытаются сбросить с престола могущественные враги – сыновья покойного Тохтамыша.Страсти накаляются, и даже над жизнью княжеской семьи нависла прямая угроза.
– Наши друзья, купцы, уже выехали со своим караваном, нужно их догнать.
– И долго догонять? – узник спрятал ухмылку.
– Думаю, к обеду догоним. Если поторопимся, ваше величество!"
"«Мавры, – спускаясь по узкой лестнице, на ходу думал князь. – Мавры… Но откуда они узнали? Ну да, вообще-то – должны были следить: упустить такого пленника – не шутка! Капитан корабля, наверное, остался без головы… или, наоборот, приложил все усилия к поимке беглеца… беглецов. Нет! Именно – беглеца, Аманда-то им без надобности. Девчонка до сих пор жива только потому, что де Ривера и его люди полагают, будто князь не раскрыл их гнусный обман! А как только поймут…»
Тьфу! Вожников едва не споткнулся, выйдя во двор и щурясь от яркого солнца.
Усевшись в седло, князь оглянулся и подмигнул девушке, карие глаза ее блестели, золотые локоны сияли на солнце, словно нимб какой-нибудь почитаемой святой.
Тьфу ты, тьфу ты! Не хватало еще богохульствовать!
Почти бесшумно поднялась преграждавшая выход к воротам решетка. Опуская мост, заскрипели намотанные на барабан цепи, и кавалькада всадников во главе с красавчиком Алонсо де Ривера ринулась по широкой, построенной еще римлянами дороге, идущей меж горных кряжей, густо поросших вербою, кленами и орешником.
«Как же они смогли проследить? – внимательно поглядывая по сторонам, все гадал высокопоставленный узник. – Выходит, не такие уж и дураки, на приманку – Барселону – не клюнули. А, может, и клюнули, да быстро проверили, сообразив, в какой стороне искать. Снова расспросили рыбаков, местных крестьян, паломников… и вышли на Манресу! А куда еще-то? К горам Монтсеррат – кружной дорогой, через Манресу, путь. А там уж… Повар! – вдруг осенило Вожникова. – Повар сеньора Микачу – смуглый, крещеный мавр – мориск!» Егор тут же вспомнил пристальный взгляд работника кухни, уже тогда показавшийся слишком уж внимательным, нехорошим.
А вот Аманду, пожалуй, могут и не убить. Сразу. Могут оставить на некоторое время в живых – для давления на князя.















