Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Недалеко от деревушки Сан-Себастьян, что в Монтсерратских горах, на перевале, объятом зыбкой пеленою тумана, таились за серыми скалами четверо мусульманских храбрецов- Халед ибн Хасан, Заир с Нусратом и еще один молодой воин, Хаким ибн Раис. Остальные остались внизу, в долине, сторожили дорогу и следили, чтоб – если что-то случится не так – никто не ушел. Никто… Ни Нелюдь, ни купленный на рынке светловолосый мальчишка, в рубище, с босыми ногами в цыпках.

Прямо под скалою, где притаились четверо, шла горная тропа, вообще-то – узкая, но вот в этом месте расширяющаяся, так, что двое всадников вполне могли бы разъехаться… а вот две телеги – уже нет.

Поросший редким терновником и ежевикой край тропы круто обрывался в ущелье, густо усыпанное серыми обломками камней и полускрытое все тем же туманом. Как ни странно, но здесь, в горах, было куда теплей, чем в долине, может быть, потому что мощные скалы не давали свободы ветрам.

– Смотрите-ка, а вон там гора, словно палец! – осматриваясь, удивленно шепнул молодой Хаким ибн Раис.

– Ее называют – Божий Перст, а вон ту, левее, Головою Слона, – негромко пояснил господин Халед, откровенно любуясь открывавшейся, несмотря на серые языки тумана, красотою, – Клянусь Пророком, красивые места! Но у нас, в Сеуте, куда красивее, верно? Было… и будет еще!"

"– А мальчишка не сбежит? – поглядывая вниз, на тропу, на притулившуюся спиною к скале фигурку, озабоченно прошептал Заир.

– Не сбежит, – ухмыльнулся Красавчик. – Ему же сказали, где ждать.

– Но он может уйти…

– Один? Чтобы заблудиться в горах и сгинуть? Ну, нет – наш парень не такой дурак… к тому же мы ему ничего плохого не сделали, ведь так?

– Так, – кивнул юный Хаким ибн Раис – высокий, с тонким станом и черными бровями вразлет он был похож на девушку, чего очень стеснялся и, когда дразнились, немедленно лез в драку.

 – И ел он из общего котла, и сказки слушал… Верит, что мы выкупили его из рабства ради Монтсерратской Девы.

– Да ведь так, по сути, и есть!

– Он неплохой мальчишка – спокойный, послушный. Мне б такого раба.

– Что же он не кричит? Ведь должен…

– Тсс! Ага! Слышите?

Снизу, с тропы, послышался звонкий крик – юный невольник звал хоть кого-нибудь, ему ведь и было велено – потеряешься в тумане – кричи.

А как тут один, сам по себе – выйдешь? И выше, и ниже тропа разделялась на несколько – по которой идти?

– Эй! Эге-гей! – снова донеслось снизу.

– Хаким, крикни ему – что мы здесь, пусть ждет спокойно, – подумав, распорядился Халед, – А то еще и правда уйдет, заплутает. Только быстро кричи, не спугнуть бы.

– Эгей! Парень! – высунулся из-за скалы Хаким. – Мы идем, дожидайся.

– Ага!

– Ва, Аллах! – молодой воин неожиданно скривился. – А мы ведь не сможем его спасти, если явится Нелюдь.