Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

 – Да вот только обещал лично встретиться с отцом аббатом, можно сказать – обет дал. Да ненадолго – лишь только приложиться к длани – и все.

– Ладно, – сдался клирик. – После вечерни отец Бенедикт, может быть, заглянет в трапезную, благословить скромный ужин. Там его и ждите.

– Спасибо, святой отец, храни вас Господь!

Располагавшаяся во дворе, слева от церкви, приземистая, вытянутая в ширину, трапезная предназначалась, как понял князь, только лишь для паломников, как, собственно, и церковь – у монахов для служб имелась своя, монастырская, ведь мирским людям вход в обитель бы строго-настрого запрещен, исключение делалось лишь для прохода к Моренетте – это уж само собой!

Помня свой сон, Вожников сейчас почти физически ощущал, как с Черной Мадонной творится что-то неладное, что, скорее всего, он, увы, опоздал, и Моренетту уже выкрали! Тем не менее с аббатом нужно было встретиться как можно быстрее, пробиться к нему любой ценой.

– Что же вы не идете к столу, сеньор? – проходя мимо, оглянулся на Егора доблестный капитан из Террасы. – Там все наши уже, окромя Аманды… та сказала, что не хочет есть, все молится, ну, правильно – так ей сейчас и положено.

– Не так уж и сильно, дядюшка! – внимательно рассматривая входящих, улыбнулся Егор. – Что же, женщинам не полагается подходить к Мадонне?

– Да нет… Но все же, как ни крути – обман!

– Вот потому-то девчонка и молится. Пускай! Ага! Вы идите к столу, дядюшка Гильермо, а я сейчас…

Завидев коренастого человека с волевым, но казавшимся добрым, лицом, князь сразу узнал настоятеля – по его уверенной походке, по окружению, по большому золотому кресту поверх рясы.

Завидев аббата, паломники встали, и тот, быстро благословив всех, направился к выходу – судя по всему, и в самом деле был сильно занят.

– Святой отец, – Вожников поймал настоятеля уже на выходе. – Я хочу поговорить с вами о Черной Мадонне.

– Что? – аббат едва не споткнулся, резко повернув голову. – Кто вы?

– Ваш друг. И защитник всех христиан! – напыщенно представился князь на латыни. – Так где мы можем поговорить? Имейте в виду – дело до чрезвычайности важное, – Егор резко понизил голос. – Я знаю, что Мадонну собираются похитить, если уже не…

– Идемте! – аббат дернул шеей.

Сделав пару шагов, отец Бенедикт обернулся к сопровождавшим его монахам:

– Ступайте по своим делам, братья. А я перед сном пройдусь.

Перекрестив всех, настоятель и следующий за ним Егор быстрыми шагами пересекли двор и, выйдя в узкую калитку, оказались на широкой тропинке, серпантином поднимающейся в горы. По краям тропинки росли кусты малины, ежевики и дрока, кое-где виднелись статуи и кресты.