Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

На заборол поднявшись, выглянула…"

"У хлипкого мосточка через протекавший близ монастыря ручей гарцевали на добрых конях всадники числом человек в сто или чуть поболе. Двое из них, спешившись, слонялись у самых ворот, видимо, дожидаясь ответа. Один – краснощекий, мордастый – княгинюшке сразу же не понравился, второй выглядел посимпатичнее – высокий, со светлыми, словно лен, волосами и такой же бородкой.

Ишь… стоят, с ноги на ногу переминаются. Давно бы в ворота загрохотали! Иль князь Егор, что ли, их к вежливости приучил? Ла-адно…

– Чего надобно? – вытянув шею, громко спросила Елена.

Да сама же, ничтоже сумняшеся, и ответила – а нечего тут разговоры разговаривать!

– Ежели послание от князя привезли, так – вы двое – заходите. Остальные пусть там, за мостом, ждут.

Монашки проворно отворили ворота, не особенно-то и серьезные, а к слову сказать и вообще – хлипкие. Ежели у какого супостата пушки сыщутся – все, несдобровать обители. Правда, сюда еще добраться надо – а кругом болота, ручьи, урочища непроходимые, проезжих дорог, почитай, что и нету, разве только зимой или не в каждое лето – в сушь.

А сейчас вот дождило.

Мокли у моста всадники, лишь двое – мордастый и белокурый – были милостиво допущены в мирскую залу, обычно использовавшуюся в качестве трапезной для паломниц.

А нынче там сидела княгиня – гордая, в золотой короне, в кресле высоком, бархатом синим обшитом… правда, бархат-то молью побит малость, да уж что в обители нашлось. Сидела, поджав со всей суровостью губы, честь свою блюла, хотя очень хотелось тут же письмишко у посланцев из рук вырвать, прочесть… Ан нет! Не все так просто – этикет блюсти надобно.

– Милостивая государыня, кланяюсь вам от имени… и по поручению… и от лица всех…

– Рада вас видеть, любезнейшие господа, и поначалу разрешите узнать – как доехали, как дорога, все ли подобру в Новгороде Великом, и на Москве, и в низовских землях…

– Кланяемся вам, великая княгиня, от всего сердца, и рады высказать чрезвычайное во всем почтение…

– …и вручить письмо.

Ну, наконец-то!

Елена стрельнула глазом на десятника – тот послание и передал: свиток, печатью желтой, княжеской, запечатанный. Все честь по чести.

Все, как и должно было быть.

– Посидите пока, яства отведайте, – махнула рукой княгиня. – Вас в людскую проводят.

Посланцы глубоко поклонились, ушли…

Ну, вот теперь!

В нетерпении сорвав печать, государыня развернула свиток, поднесла ближе к свечкам, вчиталась…

«Милостивая государыня наша и супруга Елена Михайловна. Муж твой, Богом хранимый княже великий Георгий челом бьет…»

Та-ак… княгиня тут же напряглась, почувствовав всю исходившую от послания лжу! Сразу же, с первой строчки.