Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

 – Велик ли огонь-то?

Вестовой хмыкнул:

– А я его видал, что ли? Мне гонец передал, а ему – другой. Говорят – велико!

– Так что ж мне – будить государя?

– Можешь не будить, – вышел из каморки кормщика Вожников. – Давно уж бодрствую.

– Так, княже, тут…

– Слышал! – Егор зябко потер руки. – Значит, так. Буди воевод, живо… Азат?

Князь с удивлением посмотрел на вынырнувшего из темноты молодого татарского воина:

– Тебе что, тоже не спится?

– Просто услыхал голоса… – юноша поспешно пригладил ладонью растрепанные со сна волосы и поклонился: – Дозволишь ли молвить, великий государь?

– Говори, – махнул рукою Егор.

– Пламя… Я знаю, что может в Булгаре гореть. Догадываюсь – ворота, те, что к реке. Там, в башнях – порох, нападавшие подожгли – вот и рвануло, вот и пожар… Это хлыновцы, государь, больше некому!

– А, может, кто-то из царевичей, – задумчиво произнес князь. – Ладно! Сам разберусь. Полста стругов – со мной, остальные – на помощь Сараю. А. вот и воеводы… Слышали?

– Слышали, великий государь.

Воеводы поклонились в пояс.

– Ну, вот и славно. Эй, глашатаи, бирючи! Трубите сбор, живо!

Под пение труб пятьдесят стругов отвалили от берега и, поднимаясь вверх по реке, ходко заработали веслами.

Все добрые корабли, с пушками, с воинскими людьми, с боевыми припасами. Шли быстро, хоть парусов и не поднимали – и ветер был не особо попутный, да князь приказал таиться – ежели в Булгаре заварушка, так ударить неожиданно, с ходу!

В развевающемся плаще и сверкающей на солнце байдане великий государь стоял на высоком, щедро украшенном позолоченной резьбою носу головного струга, меж двух небольших пушек – гаковниц, у которых уже суетились артиллеристы.

Заряжали, готовились к выстрелу… как все, на всех стругах.

– За тем мысом – Булгар, княже! – браво доложил молодой воевода, стоявший сразу за Вожниковым.

Князь оглянулся:

– Добро. Всем готовиться к бою!

– Выслать вперед разведку, государь?

– Не надо. Сами на ходу разберемся… скоро уже.

– Скорей бы! – княжич Димитрий в нетерпении поигрывал вытащенной из ножен саблей. – Как там брате? Осилит, выстоит ли?

Родной брат его, молодой княжич Василий, был оставлен Егором в Булгаре в качестве верховного командующего, ну и так – для пригляда за хитрым Исмаилом-мирзой.

Оставлен, конечно, не один – какой от подростка толк? – с советниками, с воеводами. Они и решали все, княжич же оставался за главного – так принято было, так Исмаилу-мирзе и булгарам его приказам подчиняться не зазорно – все ж таки не какой-нибудь там воевода, а князь!

Струги княжеской рати неслышно обогнули мыс и…

У стен древней крепости и впрямь шла хорошая заварушка – тут нечего было и гадать! Чадя черным дымом, догорали ворота и башни.