Ведьма без лицензии

В долгосрочной перспективе проигрыш пойдёт ему на пользу, да и с деньгами я собираюсь помочь…

Так, не отвлекаться. Ирвин обед предлагает.

—  Позволю, —  я опускаю ресницы.

Ирвин расплывается в широкой улыбке.

Кажется, девица выходит из салона следом и смотрит, как Ирвин помогает мне сесть в коляску и мы уезжаем. Я не обращаю внимания."

"По пути Ирвин развлекает меня байками со службы, я почти непрерывно смеюсь, до того забавно у него выходит. Чего только стоит история, как зимой боевые маги, опора и образец серьёзности, за ночь наморозили ледяных плит, утром выстлали лестницу фанерами, сверху закрепили намороженный лёд. И ладно бы они это делали у кого-то дома. Нет! Ледяной спуск они устроили в прямо в мэрии, рассудительно решив, что к началу рабочего дня всё растает. В тепле здания лёд начал подтаивать, отчего стал ещё более скользким. Первый весельчак сел на вершине, оттолкнулся и покатился со второго этажа на первый. Естественно, именно в этот момент внизу появился ничего не подозревающий мэр.

—  Каюсь, я тоже в этом участвовал. Только опробовать горку не успел.

—  Мэр…?

—  Мэр прыгнул с места и очень громко сообщил, что он думает о наших забавах, грозился выпороть всех причастных, невзирая на звание и статус, а вот маг неудачно влетел в стену, два месяца потом хромал.

Коляска останавливается, и я не сразу понимаю почему. Ирвин пригласил меня в ресторан, и я ожидаю чего-нибудь пафосного, в его неизменном мажорском стиле, но неожиданно Ирвин предлагает пойти в трактир. С виду —  самый обычный. Полуподвальное помещение с массивными каменными сводами ассоциируется с жилищем кряжистого гнома. Половина столов занята, и большинство гостей трактира люди в форме.

Ни скатертей, ни других изысков. Украшением на голых стенах служат связки лука. Но несмотря на спартанский интерьер, в трактире уютно. Наверное, потому что чисто, и нет перебравших вина рож. Я принюхиваюсь, но даже намёка на спирт не улавливаю.

Приятное место, надо на будущее запомнить.

—  Здравствуйте, матушка Фиренса, —  вежливо здоровается Ирвин с полной, даже очень полной, но крепкой женщиной.

Она радушно улыбается, заправляет под чепец выбившуюся прядь и одёргивает белоснежный фартук:

—  И тебе не хворать. Ох, ты не один. Добро пожаловать, девочка.

Панибратское обращение из уст женщины звучит настолько гармонично, что мне и в голову не приходит её поправлять, тем более для местных она матушка. В смысле, в этом мире это распространённое обращение к трактирщицам.

—  Ирвин, как вы угадали, что мне понравится? —  спрашиваю я, пока мы ждём. Ради Ирвина хозяйка шуганула дёрнувшуюся было подавальщицу и лично отправилась на кухню.

Больше недели я ела кое-как, часто вообще не замечала, что жую.