Ведьмак

Поддержку, как заметил ведьмак, сопровождало несколько многозначительных подмигиваний. Подмигивания, по идее, должны были быть незаметными, но выразительная мимика маленькой физиономии гнома всякую незаметность исключала.

– Поэт прав, – повторил Персиваль, кривясь и подмигивая. – Отсюда до Хотли и Ины можно шапкой докинуть. Перед нами Фэн Карн, сплошное бездорожье. Там тащиться с телегой было б тяжко. А если нас на Ине встретят темерские войска, то с нашим грузом… нам пришлось бы трудновато.

Золтан задумался, шмыгнул носом.

– Ну ладно, – наконец сказал он, поглядывая на останки телеги, омываемые ленивым течением речки О.

 – Разделимся. Мунро, Фиггис, Язон и Калеб остаются. Остальные идут дальше. Лошадей придется нагрузить торбами с провизией и ручным инструментом. Мунро, знаешь, что делать? Лопаты есть?

– Ну!

– Только чтобы мне никаких видимых следов не осталось. А место как следует пометьте и запомните!

– Будь в спокое.

– Догоните нас запросто. – Золтан закинул за спину вещевой мешок и сигилль, поправил топорик за поясом. – Идем по течению О, потом вдоль Хотли до Ины. Ну, пока.

– Интересно, – шепнула Мильва Геральту, когда поредевший отряд двинулся в путь, провожаемый взмахами рук оставшейся позади четверки краснолюдов.

 – Интересно, что такое было в тех туесах, ежели их надо на месте закопать, а место пометить? Да еще и так, чтобы не видел никто из нас?

– Не наше дело.

– Вряд ли, – вполголоса сказал Лютик, осторожно направляя Пегаса между обнаженными стволами, – в туесах были сменные подштанники. У них с этим грузом связаны крупные планы. Я достаточно много с ними болтал, чтобы сообразить, чем дело пахнет и что в их туесах может быть спрятано.

– И что же там, по-твоему, спрятано?

– Их будущее. – Поэт оглянулся, не услышит ли кто. – Персиваль по профессии шлифовщик камней, собирается открыть собственное дело. Фиггис и Язон – кузнецы, говорили о кузне. Калеб Страттон намерен жениться, а родители невесты однажды уже выгнали его взашей как голодранца. А Золтан…

– Перестань, Лютик. Треплешься, словно баба. Прости, Мильва.

– Да чего уж там…

За речкой, за темной и подмокшей полосой старых посадок лес редел, дальше пошли поляны, низкий березняк и сухие луговины.

И все-таки продвигались медленно. По примеру Мильвы, которая, стоило им тронуться, взяла на седло веснушчатую девочку с косичками, Лютик тоже взял на Пегаса ребенка, а Золтан усадил на гнедого жеребца двух, а сам шел рядом, держа поводья. Но скорость не увеличилась, женщины из Кернова не поспевали за конными.

Уже смеркалось, когда, проплутав почти час по ярам и оврагам, Золтан Хивай остановился, перебросился несколькими словами с Персивалем Шуттенбахом и повернулся к остальным членам группы.