Ведьмы отдыхают

Он без запинки, демонстрируя прекрасную дикцию, произнес название древнего дворцового комплекса, которое в путеводителе я сумела прочесть только с третьего раза, пропустив половину согласных.

– Уже все оплачено! – добавил он. – Обед и ужин тоже включены.

Подруги собрались за пять минут.

Туристический вагончик увез их карабкаться по горам и ловить новые впечатления на старых развалинах, а напротив дома вновь остановился экипаж. Теперь-то из салона выбрался тот, кого я ждала, в уже знакомых лимонных штанах."

"Тогда-то меня только посещали смутные подозрения, но сейчас скажу с полной уверенностью: желтые портки – дурной знак. Примите добрый совет: если заметите на улице, прячьтесь!

Привалившись плечом к дверному косяку, я наблюдала за Харви. Он приближался уверенной поступью. Откинул упавшую на лоб прядь волос, вкрадчиво улыбнулся. Сердце заходилось в груди сумасшедшим стуком. Кажется, мы с этим глупым сердцем были опять готовы влюбиться в бывшего жениха. В этот раз уже не моргая.

Харви поднялся по ступенькам и остановился в полушаге:

– Доброе утро.

Наплевав на приличия, я поднялась на цыпочки и прижалась губами к его губам. Сориентировался он мгновенно, даже не стал изображать, будто удивлен горячим приемом. Сжал большими ладонями мою талию и уверенно подтолкнул внутрь дома, стараясь скрыться от чужих глаз.

Едва дверь захлопнулась, а ветряные трубочки последний раз истерично звякнули, язык Харви скользнул в мой приоткрытый рот. Единственным свидетелем нашего страстного приветствия оказалась фанерная баба, прости господи, но она все равно подмигивала в стену и никого не смущала…

– Дорогая!

Какого, простите, черта?! С трудом возвращаясь в реальность, мы с Харви замерли и обменялись недоуменными взглядами, искренне изумленные такой прозаичной вещью, как лишний мужской голос в доме.

– Ты здесь, Харриет? – громко позвали мать троих детей. – Мальчики, шустрее переходите, пока мама не слышит!

Мальчики?! Мы с Харви отпрянули друг от друга, скорее всего, со стороны напоминая ужасно неуклюжих школьников. Вытирая горящие влажные губы тыльной стороной запястья, я обернулась и не поверила собственным глазам! На стене зияла большая овальная дыра портального перехода. По краям клубился дым, а внутри, словно в конце длинного-длинного тоннеля с искривленными стеклянными стенами, виднелась семейная гостиная дом Рупертов. Откуда-то издалека, видимо, из-за прикрытой двери в холл, доносился приглушенный собачий лай.

Перед дырой шеренгой стояли трое мальчишек, одетых в одинаковые синие шорты и тельняшки. Дэйви, Тэрри, Пэрри. Старший, худенький и курносый, держал под мышкой большую книгу. Близнецы со спущенными гольфами (у одного левый, у другого правый) прижимали к груди по полосатому мячу.