Ведунские хлопоты (СИ)

Стратегия была скорее «девочковая», но сработала, как считал друг. Главное, чтобы он теперь при каждый ссоре не пытался сбежать ко мне. Нечисти, что ли, указание дать и замки поменять?

Что до нечисти, как только уехал Костян, те подошли ко мне одновременно с одним и тем же вопросом, звучащим примерно как: «Когда же начнется наш вояж?». Понятное дело, бес был невероятно возмущен тем, что черт, который им воспринимался исключительно как приживала, и которого взяли из жалости, вообще претендует на путешествие. Однако и Митя неожиданно уперся рогом, точнее двумя, заявив, что поедет.

— Короче, друзья, тут я сам виноват. Сначала пообещал одному, а потом выяснилось, что и второй очень хочет в Питер. Но у меня мало времени, а желания разбираться в этом вопросе никакого. Поэтому я сейчас отъеду, а вы пока сами решайте, кто именно отправится в Санкт-Петербург. Потому что портсигар у меня только один.

И постарался выскочить наружу, даже не поев вкуснейшей индейки. Хотя был уверен, что она восхитительна. С готовкой у Ольги не возникало никаких проблем. Придется потом разогревать, но что делать. С нечистью как с детьми — не скажешь, кого любишь больше, другой обидится.

Надеюсь только, что они не разнесут мне дом в ходе жарких обсуждений. Судя по громкому крику Гриши, бес пытался обратиться к собственному авторитету и призвать Митю к голосу разума. Ну, бог в помощь. Черт уже не тот мальчик для битья, каким мы забрали его у Большака. Может и флейтой огреть.

Я же поехал по прописке. То есть, в бабушкину квартиру, где раньше жил. Разве что изначально заскочил в хозяйственный магазин. Открыл новую дверь, походил, посмотрел. Ничего не изменилось, только единственный цветок, который был, сдох. Что неудивительно.

Наверное, надо квартиру продать, но жалко. Бабушка ее любила. Да и что мне с этих вырученных денег? Пусть стоит пока, до поры до времени. Главное сейчас — это чердак.

Поэтому я набрал ведро воды и отправился наверх. Если сказать мягко, то здесь чуть-чуть воняла. Так, что даже голуби все разлетелись. Я упаковал покрывало в мусорный мешок, потом еще в один, а после уже в третий. И принялся заниматься дурной деятельностью — отдраивать ограниченное пространство чердака, которое использовалось для Слова.

На это я убил несколько часов, пару раз поменяв воду. Не скажу, что запах полностью выветрился. Но теперь его разбавлял дух белизны, доместоса и всякой химозы. Что до простыни — уже ближе к трассы я облил ее бензином и сжег. От греха.

Следом мой путь лежал к лешему. И, само собой, через магазин. Надо же обрадовать моего друга, что теперь ему ничего не угрожает. Что интересно, впервые за все время хоть куда-то я ехал с легким сердцем. Потому что хорошие новости сообщать всегда приятно. Однако и тут меня ждала засада.