Верная

Почему-то мне кажется, что в такие моменты отчим представляет себя потомственным дворянином. Хотя никаких дворян у него в роду, конечно же, не было. Может, этот факт и не дает ему покоя, не знаю. Понимаю только, что нормальному человеку без комплексов не нужны помпезные замки, «Ролс-Ройсы» и эти показательные обеды на огромной лужайке, спроектированной специально приглашёнными из Лондона умельцами.

Интересно, а чем сейчас занят Горозия? Может, тоже, как и я, отмокает в ванне? Или же он решил проверить исполнительность Ивана, поручив найти ему шлюху? Будто желая смыть с себя эту мысль, я с головой ухожу под воду. Плевать. Мне на всё плевать. И всё же… Интересно, какую женщину он выберет, чтобы покончить со своим вынужденным целибатом?…

Глава 4

Серго

Я застываю на пороге собственной квартиры, будто опасаюсь, что внутри притаился какой-то хищник. Может, так оно и есть. Воспоминания – те ещё шакалы. Уж мне ли не знать, как они исподтишка вгрызаются в тело и не отпускают, сколько ни бейся. И всё ж у этих зверюг нет цели убить свою жертву, их задача – сделать её жизнь невыносимой. Поэтому, окончательно измотав бедолагу, воспоминания-шакалы вытаскивают зубы из плоти и растворяются в свете дня. Всё ж шакалы – преимущественно ночные звери.

Делаю глубокий вдох, ожидая, что на меня обрушится вонь запустения. Но ничего подобного не происходит. Пахнет хорошо, хоть и незнакомо. Какой-то полиролью и свежестью. Переступаю порог. Щёлкаю выключателем.

Здесь всё по-прежнему роскошно, сказывается вкус моей бывшей. Кажется, вот сейчас навстречу мне выбежит Нико и с криками «Папа! Папа!» бросится мне на шею. Ему теперь двенадцать. А когда меня из этой самой квартиры забрали, Нико было, соответственно, шесть. Чем он жил всё это время? Кем он стал?

Веду пальцами по полке для мелочи – ни пылинки. Кто-то позаботился о том, чтобы мне не пришлось убирать. Так трогательно.

Оборачиваюсь к следующему за мной по пятам водителю. Он захлопывает дверь. Ах, да… Вот и изменения. Дверь-то новая. Маски-шоу ко мне ворвались с огоньком. Даже не потрудившись позвонить, они сходу начали срезать дверные петли болгаркой. Шум стоял адский. Это всё, что я помню отчётливо: шум и перепуганные лица домашних. Остальные нюансы той ночи почему-то поблёкли и вытерлись из моей памяти, хотя сколько тут прошло? Не так уж и много, в общем-то. Хотя, конечно, как посудить.

– Вы можете быть свободны. А я, пожалуй, здесь осмотрюсь и прогуляюсь, – смотрю на водилу искоса. Ну, давай. Давай, скажи, что я не имею права.

– Хорошая мысль. Только постарайтесь оставаться в черте города, выезжать за его пределы вам нельзя по условиям УДО.

– Я помню.

– Хорошо. Вот тут на полке пароль от Wi-Fi. Мой номер вбит в вашу телефонную книгу. Звоните в любой момент.